Я сделал шаг в бок, взял одного на прицел, кажется, именно его Грот обозвал Кривым, и выстрелил. Пуля впилась в пол рядом. Кривой извернулся, шмальнул из помповика, и задёргал цевьём, посылая в мою сторону заряд за зарядом. Каждая перезарядка сбивала его с прицела, к тому же растерянность или страх, или то и другое вместе застили ему взгляд, и я легко уходил с линии огня. Ни нервов, ни страха. В голове пустота. Краем глаза заметил, как Алиса бьёт из револьвера по второму.
Кривой ещё раз надавил на спуск, щелчок. Патроны кончились. Отбросил ружьё и, не сводя с меня глаз, попятился к выходу. Хоть бы догадался развернуться и побежать, но, собственно, мы оба понимали, что он так и так не успеет. Прицельным выстрелом я продырявил ему голову, повернулся к последнему. Алиса неплохо справилась и без моей помощи. Контрабандист зажимал рану на животе, заворожённо глядя, как кровь протекает сквозь пальцы.
Всех делов — две минуты. Пять трупов. Вру, четыре. Грот остервенело таращился на меня и шипел:
— Падла зашлакованная…
Ногти скребли ложе дробовика. Я шагнул к нему…
Распахнулась дверь, впуская в зал толику дневного света, и вбежали ещё двое — те, кто оставался снаружи на шухере, совсем забыл про них. Потянул спуск, выстрел, первый согнулся пополам, затворная задержка с клацаньем ушла в заднее положение. Надавил защёлку, сбрасывая пустой магазин, и понял, что вытащить запасной из разгрузки не успею. Второй уже вскинул дробовик. Расстояние метров двадцать. Сука!
Рванул вперёд и вправо. Контрабандист потянулся за мной глазами, за ними с отставанием в пол секунды потянулся ствол ружья. В какое-то мгновение я даже увидел выброс пламени и устремившуюся ко мне кучку дроби. Слишком близко, не успеваю увернуться. Несколько дробин пробили встрепенувшуюся полу плаща, скользнули по рёбрам. Больно, но не смертельно. Прыгнул! В прыжке выхватил из-за пояса тесак, метнул. Клинок чётко вошёл контрабандисту в шею, перерубив артерию. Струя крови рванула мне навстречу. От неё я не стал уворачиваться, только брезгливо отвернул лицо. Перехватил рукоять тесака и рубанул ещё раз, по горлу.
Последний удар был лишний. Но лучше перебздеть…
Обтёр тесак о штанину, сунул за ремень. Теперь, кажется, всё. На всякий случай пересчитал тела. Семь. Грот тоже больше не шевелился, его, похоже, добила Алиса. Девчонка сидела перед ним на корточках, обшаривала карманы. Вытащила из грудного планшет. Увидела, что я смотрю на неё и качнула головой:
— Ну ты выдал.
Да уж. Сам не ожидал от себя такой прыти. Впрочем, из семи моих только пять. Грот на счету Алисы, и тот, у стены, тоже её. Как-то я упустил его из виду, сосредоточившись на Кривом, а он мог натворить нехорошего. Но всё равно серьёзная работа. Быстрая, качественная и без угрызений совести. Черствею душой. Но главное, чтоб нравиться не начало, иначе чем я от тварей отличаться буду?