Грот шмыгнул.
— Ладно, слушай… Я гляжу, ты под дозой?
— Да и ты не сухой.
— Ну да, это… ладно… Давай так. Сколько я с тебя запросил? Четырнадцать?
— Тринадцать.
— Тринадцать, точно. Оплата вперёд сто процентов. Извини, по-другому никак.
— Понимаю.
Я снял пояс, протянул ему.
— Считай: шесть магазинов к калашу по тридцатке за патрон…
— Годится.
— Нож и сам пояс — ещё полторы. Итого: семь сто. Один билет есть. Дальше. Три гранаты, — я открыл подсумок, демонстрируя эргэдэшки. — По штуке.
— Пятьсот, — резко среагировал Грот.
— Пятьсот — это с использованным сроком хранения. А эти новенькие, со склада. По девятьсот. Или я кольцо вырву и отдам её тебе бесплатно.
— Семьсот, или хрен с ним выдёргивай.
Контрабандисты заржали, переглядываясь. Я их смех не поддержал, но на семь сотен согласился, тем более что первоначально рассчитывал на более скромную сумму. Осталось добрать три восемьсот. Вздохнув, достал приготовленный загодя шприц с дозой.
— Почём нынче наногранды?
— Двести пятьдесят за карат, — не задумываясь ответил Грот. — Только дозняк твой мне даром не нужен. У меня их в тумбочке два десятка.
Странно, нанограндов много не бывает, это самая расхожая валюта на Территориях.
— Больше ничего нет.
Грот прикусил губу.
— Слушай… Дон, правильно?
— Правильно.
— Договоримся так, Дон: добьёшь остаток планшетом Гвоздя.
Я дёрнул бровью. Неожиданное предложение. Подержанный планшет потянет максимум на пару сотен. Контрабандист, только что торговавшийся за триста статов вдруг легко отказывается от четырнадцати с половиной карат стоимостью под четыре тысячи. Я чего-то не знаю?
Алиса выглянула из-за моей спины.
— Мы должны посоветоваться.
Грот поморщился.
— Ну попробуйте. Только не долго, я тороплюсь.
Мы отошли к стеллажам. Алиса придвинулась ко мне почти вплотную и зашептала:
— В этом планшете очень серьёзная информация. Его нельзя отдавать.
— Это я уже понял.
— Живыми они нас не отпустят. Они ради планшета сюда ехали, поэтому Грот так и задёргался, когда меня увидел. Два миллиона статов — это за живую. За мёртвую — ноль. Зеро! Но, видимо, планшет для него дороже двух миллионов.
Это я тоже уже понял, но произносить вслух не стал.
— Что предлагаешь?
— Я? Кто из нас мужчина и защитник?
— Ты на меня сейчас намекаешь?
— Прекращай хохмить! Дон, это не шутки. Не знаю, заметил ты или нет, но они все под дозой. Все! Это не нормально. Возьми кого-нибудь под контроль, как на Василисиной даче, и…
— Какой контроль, девочка моя? Ты сама сказала: под дозой. Всё что сейчас могу… Мужчина и защитник, говоришь?
Правой рукой я отбросил Алису за стеллажи, левой выхватил Удава, и от пояса, как натаскивал Гвидон на полигоне, открыл стрельбу. Два выстрела, поворот корпусом, снова два выстрела. Контрабандисты подобного не ожидали, даже интуиция ни у кого не сработала. Не знаю, чего они себе напридумывали, когда сюда ехали, но явно не этого. Грот завалился на бок, захрипел. Ещё одного отбросило к дверям. Третий попятился, присел и упал лицом вперёд. Только последние двое успели среагировать и кувырком ушли в стороны.