В очередной раз порубив весь принесенный из лесу валежник на дрова, лейтенант зачерпнул медной кружкой воды из ведра и, напившись, устало вздохнул. Вышедшая из дома Хизарат окинула его долгим, внимательным взглядом и, кивнув каким-то своим мыслям, коротко скомандовала:
— За мной иди.
Сойдя с крыльца, женщина ровным быстрым шагом вышла на дорогу и направилась куда-то в сторону предгорий. Быстро накинув рубашку, Шатун поспешил следом. Женщина вывела его на дорогу и зашагала дальше, даже не делая попыток оглянуться. Она и так знала, что Шатун спешит следом. Часа через полтора такого аллюра они вышли к какому-то распадку, и женщина решительно сошла с дороги, направляясь именно туда.
Шатун шел следом, пытаясь понять, куда она его ведет. Пройдя в самый конец распадка, Хизарат остановилась и, повернувшись направо, указала рукой на какой-то странный валун.
— Вот. Отсюда ты пришел, — тихо сообщила женщина. — Сюда упал и туда полз. До самой дороги доползти смог. Там я тебя нашла, — коротко пояснила она, указывая рукой в нужные стороны. — Тут везде кровь был, где ты полз.
Всмотревшись в камень, Шатун вздрогнул всем телом и, растерянно отступив назад, прошептал:
— Капище!
— Место бога. Не знаю, какого, — спокойно кивнула Хизарат. — Но знаю, что так бывает. Что-то там случается, и сюда люди попадают. Так при бабке моей было. Теперь вот со мной, — грустно улыбнулась она.
— И что с тем человеком стало? — быстро спросил Шатун, с жадностью глядя ей в глаза.
— Ушел. Тоже сильно поранетый был. Выздоровел и ушел.
— Ушел и все? — не поверил Шатун. — Неужели ничего больше?
— А что еще? — пожала плечами женщина. — Моя семья в этих горах давно живет. И бабка, и ее бабка, еще много раз так. А он ушел. Далеко.
— И что? Неужели обратно никак? — собравшись с духом, спросил Шатун с нервным смешком и, осторожно подойдя к камню, положил на него руку.
— Нет. Отсюда никто не уходил, — качнула Хизарат головой.
— А твоя семья никогда отсюда не уезжала? — сменил Шатун тему, чтобы хоть как-то обрести душевное равновесие.
— Нет. Тут особое место. Травы сильные. В моей семье женщины всегда людей лечили. Потому и место такое искали. Сильное, — задумчиво ответила Хизарат, вздыхая.
— И что, ваше лечение всегда помогает? — не унимался Шатун. — Неужели никогда не было, чтобы люди не обвиняли вас во всяких глупостях?
— Нет. Мой род древний. И пугать нас никто не станет. Вокруг все знают, что если мы лечить не станем, то никто не поможет. У абиссинцев наука лечить самая сильная была.
— Ты абиссинка? — удивился Шатун, припоминая, что данная народность давно уже была ассимилирована.