Раньше тоже просили мира, и мы шли навстречу, верили им, а они… вырезали всех московских ставленников и снова напали. Так что вряд ли на сей раз это прокатит.
— Мир хорош, но только не таким способом, каким предлагаете вы, — ответил я твёрдо. — Кто даст гарантию, что вы исполните условия мира и не нарушите договоренность? Как доказать вашу искренность? У нас русских есть пословица: «Обжегшийся на молоке дует на воду». А я не хочу ни обжигаться, ни дуть.
— Ваше Величество, — вмешался второй посол, поправляя воротник костюма, — позвольте нам показать, что наша инициатива идёт от чистого сердца. Дайте казанцам немного времени, и мы докажем вам наше желание установить прочный мир.
Дать немного времени? Для чего? Чтобы подождать, пока крымский хан развернёт войска и ударит нам в спину? Чтобы пришли на помощь другие союзники? Или что бы сибирское ханство пришло на помощь?
Я заметил, как Годунов и Ермак усмехнулись. Они тоже разгадали небольшую хитрость татар.
— Я с радостью дам вам сколько угодно времени, — улыбнулся я мягко. — Неделю? Две? Может больше? За это время мы возьмём Арск, Тетюши, Зеленодольск. А вы пока доказывайте, доказывайте своё желание… Мы вас торопить не будем.
Посланники переглянулись, явно растерянные неожиданностью ответа. Особенно удивлён был тюменский князь, заметно нервничавший и теребивший полу пиджака.
— Зачем Арск? Зачем Тетюши? — проговорил он, посмотрев на своего товарища.
— Ну, а чего нам зря время терять? Казань мы не тронем… пока! Но вот остальные города ханства возьмём. А чего им просто так стоять? Пусть тоже хлебнут полной ложкой того дерьма, что принесли на русскую землю. Мы всего лишь возвращаем сторицей, — улыбнулся я как можно более миролюбиво.
Думаю, что моя улыбка для этих людей была хуже звериного оскала.
— Ваше Величество, мы предлагаем честные гарантии мирного соглашения, — поспешил заговорить мулла, пытаясь вернуть инициативу разговора. — Мы готовы передать вам заложников высокого ранга, подписать договоры…
Я пристально взглянул на говорящего, отмечая блеск осторожности в его глазах. Захотелось спросить, почему раньше они так долго отказывались признавать главенство Москвы, притворяясь независимыми владетельными землями. Но вспомнил урок прошлого и ограничился сухим вопросом:
— Какие заложники, господин мулла? Ваши дети, жены или лучшие друзья детства? Или предложите, скажем, вашего лучшего боевого коня? А может быть вам передать нам саму Бездну? А что? Или мы мало спрашиваем? Кого вы хотите предложить?
— Высокопоставленные представители знати, обладающие влиянием в нашем обществе, согласились стать гарантом нашего слова! — уверенно заявил посланник, но голос его слегка дрогнул.