— Все в порядке. Ты слишком увлеклась игрой в бунтарку. Что делаешь сегодня вечером?
— У меня свидание, — ответила я.
Вранье. Не знаю, зачем вообще соврала, но мне хотелось увидеть его реакцию. Чтобы понять, чего он от меня хочет — просто переспать или чего-то большего.
Он нахмурился, и я невольно расхохоталась, представляя, какие жуткие мысли сейчас роятся у него в голове. И, честно говоря, мне даже нравилось, что он злился из-за того, что я иду на свидание с кем-то другим.
— С кем?
— Не твое дело.
Рук схватил меня за затылок и притянул ближе.
— Ты постоянно приходишь сюда и ведешь себя как несносная девчонка, — проворчал он, качая головой. — Конечно, это мое дело. Какого хрена ты вообще идешь на свидание?
— Я свободная женщина.
Я хотела отстраниться, но в глубине души, в какой-то темной и извращенной ее части, мне нравилась его одержимость. Мне хотелось быть нужной , быть желаемой , и Рук давал мне это сполна. Опасная игра. Игра, в которой я явно не могла победить, но все равно ее продолжала.
— Может, но тебе не стоит этого делать, — прорычал он.
Его рука обвила мою талию, и он приподнял меня так, что пальцы ног едва касались пола, потащив куда-то вглубь гаражей.
Страх вспыхнул где-то внутри, хотя я его тут же подавила. Я знала, на что способен Рук. Знала, что он может быть жестоким. Убивать. И я слишком привыкла к этой мысли, слишком расслабилась рядом с ним. Но прошлой ночью он заботился обо мне. Его прикосновения были нежными. Его присутствие — успокаивало . Я не верила, что он сделает мне больно. Но сейчас, когда он волоком тащил меня по коридору, было похоже, что он хочет причинить мне боль.
Его пальцы впивались мне в бедра, другой рукой он все еще держал меня за шею. И впервые за несколько дней я снова задалась вопросом, не ошиблась ли я в нем? Мы ведь просто тусовались несколько раз. Он не впустил меня в свою жизнь по-настоящему.
Мысли о том, на что он способен, что хотел бы сделать, одновременно пугали и заводили.
Он затащил меня в офис и, не говоря ни слова, смахнул все вещи со стола.
— Ложись, — приказал он.
— Зачем? Что ты собираешься делать?
На его лице появилась та самая зловещая ухмылка, что и в день нашего знакомства.
И мое сердце заколотилось еще сильнее.
— Ложись, Реган.
Я послушалась. Честно говоря, было страшно узнать, что случится, если я этого не сделаю.
Рук достал черный маркер, задрал мою футболку и стянул леггинсы.
— Сегодня я добрый, так что начнем с этого, — сказал он, заставляя меня снова откинуть голову, когда я попыталась посмотреть. — Но если ты смоешь это перед «свиданием», в следующий раз оно останется навсегда.