– Проклятие! – Я свернула налево в открывшийся проем, полагаясь на чутье, остальные последовали за мной, но почти сразу стены опять передвинулись, на этот раз быстрее – очередная плита скользнула в проход, словно перед нами захлопнулась дверь.
– Раньше такого не было, – сказал Кингфишер. – Похоже, Малькольм пытается заблокировать нам дорогу к центру, и это означает, что мы на верном пути. Давай, Сейрис, нельзя медлить.
Мы прибавили скорость, и движущиеся стены – тоже. Они начали захлопываться прямо перед нами, но теперь мне казалось, что некая нить, почти физически ощутимая, связывает нас со ртутью и подтягивает меня к ней. Каждый раз, когда одна нить обрывалась, появлялась новая, указывавшая другой маршрут. Сердце колотилось в груди молотом о ребра – и пропустило удар, когда Кингфишер схватил меня за воротник и дернул назад как раз вовремя, иначе меня расплющила бы очередная обсидиановая глыба. Времени остановиться и подождать, пока схлынет волна адреналина, не было.
– Мы уже близко, – задыхаясь, проговорил Кингфишер. – Вон ту разрушенную трибуну видно… только из центральной части. – Он кивнул вверх, где над стенами лабиринта высился амфитеатр. В том месте, куда он показывал, одна из секций со зрительскими рядами действительно обвалилась. – Совсем… рядом.
Ртуть гомонила теперь у меня в голове значительно громче. Всякий раз, когда мы сворачивали за угол и мчались по проходу до очередного перекрестка, я чувствовала, как натягивалась связующая нить. Мы и правда приближались к порталу. Осталось несколько поворотов.
– Налево! Нет, направо !
Все четверо ускорились. Ртуть перестала орать толпой – перешла на шепот, в котором чувствовалось любопытство: «Она приближается. Приближается. Сюда, алхимик. Найди нас» .
– Направо!
Поблескивающий черный обсидиан снова преградил нам путь.
– Еще раз направо!
Мы завернули за очередной угол, я заскользила по гладким плитам и…
– А-а-ай! – полетела кувырком по полу. Подо мной был уже не полированный обсидиан, а что-то серебристое, холодное и нескользкое. Я опять вскрикнула, когда на меня приземлилась какая-то туша, а в следующий миг Кэррион с меня скатился и растянулся рядом.
– Прости, – простонал он.
Ребра у меня и без него уже были сломаны – вне всяких сомнений. Падая в озеро, я так сильно ударилась о поверхность воды, что чудом не расшиблась в лепешку. Сейчас я, наверное, уже взвыла бы в агонии, но «вдовье горе», циркулировавшее в организме, пока еще действовало, слава богам.
Прямо перед глазами у меня замаячила руна «справедливость» – я ухватилась за руку Кингфишера и позволила ему помочь мне подняться на ноги. Мрачное выражение его лица я заметила не сразу – сначала испытала шок при виде высившейся перед нами горы монет. Вот на что мы приземлились. Здесь везде были монеты . Миллионы монет.