— Скорей всего, это было сделано именно для того, чтобы всех лишних людей удалить и после моей смерти порезвиться тут, — предположил Джеймс. — Так что, да, я уверен, что они придут сюда и скоро. Барри знает, то здесь только Оливия с ребёнком, да и всё. Никакой угрозы или помехи их плану. И я даже не до конца уверен, информация о том, что именно это за ребёнок, кого-то из них остановит: похоже, ни у Барри, ни у Брайнтора ни совести, ни чести нет. Но да, их ждёт сюрприз, большо-о-о-о-ой сюрприз. Так что, дамы, идите спать, я, пожалуй, гостей подожду. Второй раз они меня не застанут врасплох и в спину не ударят.
Закончив свой рассказ, Джеймс откинулся на спинку дивана, провёл ладонью по лицу, будто смахивая невидимую пыль с век, и устало вздохнул. Его плечи опустились под тяжестью пережитого дня, но взгляд оставался ясным.
— Мэгги, спасибо тебе ещё раз, — мужчина повернулся к целительнице и, слегка наклонив голову в знак благодарности, сказал: — Ты абсолютно точно под моей защитой, потому что ты рисковала собой, и я это ценю. Ты можешь спокойно идти спать — комната свободна, а утром обсудим твою заслуженную оплату.
Мэгги забарабанила пальцами по колену, разгладила складки своего платья, а затем резким движением встала с кресла.
— Вряд ли я, конечно, усну после такого, — с усмешкой фыркнула целительница. — Но полежать действительно хочется. Спокойной ночи. Оливия, не прибей его до утра, а то кто мне заплатит?
Я резко вскинула брови, ощущая, как глаза непроизвольно округлились от возмущения. Прибить мне Джеймса, конечно, временами хотелось, но это не повод для шуток!
— Я?! — воскликнула я. — Да я сама доброта!
— Обещаю, Мэгги, не умру, не заплатив, — лукаво улыбнувшись, уверил целительницу Джеймс.
— Ну смотрите, лорд-инквизитор, — многозначительно фыркнула Мэгги и направилась в коридор. — Я бы не была столь уверена в том, что вы переживёте эту ночь. Рекомендую срочно внести правки в завещание.
Через полминуты послышался глухой щелчок закрывающейся двери — видимо, целительница нашла себе комнату.
Джеймс, проводив целительницу рассеянным взглядом, повернулся ко мне и обворожительно (и подозрительно, разумеется!) улыбнулся.
— Ну что, моя ненаглядная, — излишне бодро сказал мужчина. — Пойдём, поговорим в кабинет.
— О чём поговорим? — скрестив руки на груди, с подозрением в голосе спросила я. — Куда пойдём?
Он поднялся с дивана, расправив плечи, и сделал шаг в сторону двери.
— В кабинет, — пояснил он, жестом приглашая следовать за ним. — У меня есть… кое-что для тебя. Тебе понравится, обещаю. Клянусь!