— Уговор был только на силу духа, — попыталась отшутиться я.
Разговор приобрел внезапный и довольно-таки стеснительный поворот, а как только я попыталась представить, что будет, если он и впрямь пойдет к Кьеру заливаться соловьем про восхищение моими многочисленными талантами… Я еще не до конца поняла, насколько ревнив герцог, и испытывать границы его терпения на человеке, столь тепло ко мне отнесшемся, точно не желала.
— Я серьезен, миледи.
— В этом нет необходимости, Ричард. Со своими проблемами я привыкла разбираться сама и, если сочту нужным, сама поставлю герцога в известность.
— Насчет чего?
Раздавшийся в дверях голос главы департамента заставил нас обоих подскочить со скамьи, как школяров при входе учителя.
— Ваша светлость. — Мы синхронно поклонились-присели и оба застыли с почтительными и несколько дурацкими выражениями, которые подобает иметь на лицах подчиненным перед высочайшим начальством.
Кьер недовольно дернул уголком губ.
— Так насчет чего вы должны поставить меня в известность, леди Рейвен? — сухо повторил он, и мне захотелось нервно стиснуть юбку пальцами.
Мысли скакали в голове, как зайцы, путающие след, но ни одной разумной среди них не было. Жаловаться на Трейта я не собиралась. Да, его поведение переходило все границы, и я в общем-то имела полное право это сделать, но нет. Один раз мы уже затрагивали эту тему, и больше я к ней возвращаться не хотела. Сама разберусь. Без высокопоставленных любовников.
Ричи, видя мое замешательство, открыл было рот, и я поторопилась его опередить:
— Мне, право, неловко, ваша светлость, такие пустяки. Дело в том, что мне удалось найти возможный мотив убийств, и у нас теперь имеется солидная версия для расследования. И мои многоуважаемые коллеги жаждали выделить перед вами тот факт, что именно мне удалось это сделать, чтобы упрочить мое, как вы понимаете, несколько шаткое положение в отделе. А я уверяла господина Адгера, что в этом нет совершенно никакой необходимости.
Кьер перевел взгляд с меня на Ричи, сообразительно принявшего вид согласный и утвердительный, и обратно. Кажется, интуиция опытного начальника подсказывала ему, что его в чем-то дурят, но в чем именно, понять не получилось.
— Прекрасно, — без особого выражения произнес он. — Через час подниметесь ко мне и доложите о вашей версии.
Выдав это распоряжение, он прошел в отдел, наверное, чтобы встретиться с Трейтом. Я с трудом подавила желание вытереть вспотевшие ладони о юбку.
Спустя час я, как прилежный работник, стояла в приемной герцога. То ли Кьер был и впрямь занят, то ли блюл конспирацию, но мне пришлось прождать еще добрую четверть часа, прежде чем секретарь пригласил меня в святая святых.