Паяльник пододвинул к нему кружку, и Слон машинально сделал глоток, даже не думая об этом. Потом ещё один и закашлялся. Кашлял долго.
Жека глянул на камеры, но он прекрасно знал, что они не пишут данные в архив.
Слон начал кашлять дальше, ещё громче. А Жека Паяльник постучал его по спине и вышел. После завёл машину и поехал. Но по пути позвонил.
— Слушаю, — отозвался нервный голос Сытина.
— Бухгалтер, милый мой бухгалтер, — напел Паяльник. — Слон сказал, чтобы ты срочно на ту хату дул. Сейчас приедем, будем смотреть, что там случилось.
— Еду, — ответил Сытин, не подозревая, что отправляется в ловушку.
Тем временем, Москва…
По улице шёл седовласый мужчина с аккуратной бородкой в деловом костюме и пальто, держа в руке картонный стаканчик с кофе. С утра было солнечно, снег таял, ходило много людей.
Он сел на скамейку, попивая кофе. Но тут к нему подсел пьяный небритый мужик. Под расстёгнутым пуховиком была видна тельняшка.
— Братан, на пузырь не хватает, поможешь? — грубо спросил он.
— У меня нет наличных, извините, — вежливо сказал мужик с бородкой.
— Чё? — мужик наклонил голову.
— Наличных, говорю…
Пьяный хитро улыбнулся.
— А мог и угостить. Я же знаю, что у тебя в портфеле всегда лежит фляжка с отличным «Макаллан». Чтобы у доктора Ланге не было с собой виски? Добро пожаловать в Россию!
Ланге повернул к нему голову.
— С каждым днём у тебя выходит прятаться всё лучше и лучше.
Он сел поудобнее, пока замаскировавшийся Зеро делал вид, что похмеляется из чекушки. Узнать его сложно, у него будто даже рост изменился. Но у Зеро отличный талант к маскировке, ведь сам по себе внешне он совсем невзрачный.
— Что выяснил? — спросил Ланге.
Говорили они на русском, чтобы иностранная речь в центре Москвы не привлекала внимание. Причём Зеро бормотал, будто был пьяным, а Ланге делал вид, что брезгливо морщится, записывая голосовые сообщения в свой телефон.
— Был в их городе, поеду туда ещё раз сегодня, — пробормотал Зеро. — В этот раз поговорю с твоим связным. У него, похоже, проблемы.
— Ты с ним ещё не встречался.
— Нет, изучал обстановку сам. И сделал интересные выводы.
— И какие?
— Я думаю, что Mist, — сказал он английское или немецкое слово, — жив.
Ланге чуть было не повернулся к нему, но сдержался. Хотя новость его удивила.
— Невозможно. Его тело видели. Он умер.
— Видели тело человека, которого ты сам считал Туманом. Но умер он слишком глупо для своего уровня…
— Он расслабился, — перебил Ланге. — Решил, что может всё, и стал наглеть. Вот и попался. В нашем деле расслабляться нельзя.