Тот, кстати говоря, похоже, что табличку с фамилией Миронова не заметил. Ну, дело понятное. Они с супругой о чём‑то разговаривали, когда шли за мной. Отвлекла Римма его, получается.
Ну и раз Захаров явился без жены, то я тут же несколько табличек сдвинул в его сторону, чтобы рядом с ним место не пустовало, и пошёл обратно к Галие. Всё же не всех она моих гостей в лицо знает. И правильно сделал: там как раз Межуев приехал.
А вот Межуев был с супругой. Представил её мне, а ей — меня. Когда в зал вошли, им обоим Галию представил, а Галие — их. А жена тут же побежала снова к выходу из ресторана, чтобы новых гостей встречать.
Вот так мы с Галией и челночили, пока 17:00 не наступило. У дня рождения совсем другой формат, чем у дипломатического приёма. Кто на день рождения вовремя не пришёл — сам виноват, встречать его уже никто не будет. Придется самим до банкетного зала добираться. Остальные гости, что вовремя пришли, — в приоритете.
Впрочем, из всего большого списка приглашённых пока что не явились Миронов, руководство «Ромэна» и генерал Брагин. Все остальные, к моему удивлению, пришли вовремя.
Мы с Галией вернулись в наш банкетный зал. А Костян, которому, видимо, неудобно было, что отец опаздывает, тут же подошёл ко мне и сказал, что он на входе вместо нас подежурит, чтобы отца провести в зал. Попросил его заодно, чтобы, если увидит Андрея Миронова, тоже его провёл. Костян кивнул, изумленно взглянув на меня.
Надо сказать, что не один Захаров, входя в зал, заметил фамилию и инициалы Миронова на бумажке. Так что в зале всю эту информацию уже бурно обсуждали.
Кто сегодня будет тамадой, я не заморачивался: у нас же Гриша сегодня присутствовал. А что же это за офицер, который тосты не умеет говорить? Не попадались мне такие в моей прошлой жизни, и пока что и в этой тоже.
Что меня гораздо больше печалило — что Ландер тоже пришел, и он уж точно тоже будет претендовать на роль тамады. Надеялся я втайне, что он напьётся за выходные да забудет напрочь про мой день рождения. Но нет, пришёл, конечно же, благоухая парами рома и изрядно навеселе. Подарил мне тоненькую обтрёпанную книжечку, на обложке которой красовалась его фамилия.
— Вот, Паша, — сказал он, — это сборник моих статей, который я представлял, когда в Союз писателей вступал. Держи, у меня нашёлся лишний экземпляр. Вот что‑то вот такое тебе тоже будет нужно наваять, когда время придёт.
Ну что сказать? Приятный подарок, сделанный с заботой о моём будущем. Я был искренне тронут.
Эх, и действительно весь неплохой мужик. Как же жаль, что спивается вовсю, а сделать ничего по этому поводу невозможно.