Но если кто следил за мной, то, наверное, видел, что я постоянно с японскими жёнами больших боссов моталась, по магазинам да по ресторанам, и в онсэнах всяких отмокала. Так что у меня там и времени бы не было, чтобы с КГБ не только на контакт выйти, но и встретиться с ними где-нибудь.
— Ну, я думаю, учитывая, что улик против тебя, получается, у них никаких нету… Это всего лишь догадки какие-то у французских спецслужб… Вряд ли они за тобой и организовали какую-то слежку в Японии. Во-первых, им ещё договориться с японцами об этом надо было бы. А, во-вторых, наверное, хоть что-то серьёзное нужно было им предъявить, чтобы японцы своих людей для такого дела отрывали. Так что, думаю, в Японии ты могла бы немножко и расслабиться после всех этих французских неприятностей.
— Ну разве что так… Знать бы еще тогда об этом… — развела руками Диана.
— Кстати, по поводу того, как французы вообще на тебя вышли, есть какие-то догадки?
— Да, догадки есть, — кивнула Диана. — Помнишь, я тебе рассказывала про французского военного атташе, который внезапно в Больцано приехал из самого Рима? В эту нашу почти деревню… Я тогда с тобой ещё советовалась, рассказывать ли мне в комитете про то, что мы с ним вообще общались. И ты посоветовал рассказать…
— Ну да, — подтвердил я. — Помню. И что с ним? Почему ты про него сейчас вспомнила?
— Так вот, мы с ним в Риме недавно пересеклись, когда я там была на показе, и он достаточно странно себя вёл во время нашего общения. А потом вообще подошёл спустя какое-то время и стал расспрашивать, куда именно я из Рима поеду.
— И ты ему, конечно, сказала, что много времени проведёшь в Париже? — понимающе кивнул я.
— Да, всё верно. Мне же не с руки врать. Если бы я соврала, он мог бы это проверить и убедиться, что я не была с ним откровенна. А мне это к чему, если я играю роль простодушной советской девушки, которая внезапно добилась невероятного для себя успеха, выйдя замуж за иностранца, да ещё и богатого? Мне нужно быть открытой, простой и уж точно не врать по тем моментам, которые как-то могут в отношении меня плохо быть восприняты…
— Молодец, правильно себя ведешь.
— Спасибо! — расцвела Диана.
— Ну что скажу тебе, сестричка, — подытожил я. — С моей точки зрения, неприятность, конечно, с тобой определённая произошла, но ничего особенно фатального я в ней не вижу. Тем более хорошо, что этого француза, что за тобой следил, именно ливанцы повязали. У него, по идее, не должно быть никаких сомнений в том, что это какие-то русские агенты КГБ были.
Вот если бы его какие-нибудь европейцы взяли, которых он мог принять за русских, вот тогда бы твои проблемы серьёзно бы усугубились. А так, с моей точки зрения, очень даже неплохо с этими ливанцами, хоть и совершенно случайно вышло у них. У французов ум за разум зайдёт в попытках представить себе комбинацию, в которой ты агент КГБ, которого охраняют ливанские спецслужбы…