Света в квартире не было: гости легли спать. Мы скользнули в кухню, согрелись коньяком и последовали их примеру. Устали. В спальне рухнули на кровать и провалились.
Встал я рано — на часах не было десяти. Однако спать больше не хотелось. Лиля посапывала, я выбрался из ее объятий и отправился в ванную. Через десять минут, умытый и посвежевший, варил кофе. Здесь он не дефицит. Есть молотый и в зернах. Это за растворимым выстраиваются очереди. Было бы за чем! Индийский порошок…
Когда кофе поспел, хлопнула дверь в ванную. Кто-то еще встал. Я выглянул в прихожую. Дверь в зал была распахнута. Маша? Я заглянул в комнату. Из-под одеяла на диване торчали ступни — женские. Рядом с укутанной с головой Машей красовались смятое одеяло и подушка с вмятиной. Твою мать! Ну, папа!..
Дверь в ванную отворилась, в прихожую вышел отец. Поймав мой взгляд, он застыл. Я кивком пригласил его в кухню. Отец послушно двинулся следом. Я прикрыл за нами дверь.
— Кофе угостишь? — спросил отец. В голосе его не чувствовалось раскаяния. Вот жук!
Я плеснул ему в чашку и поставил на стол. Налил себе и устроился напротив. Он отхлебнул и поставил чашку.
— Горячий! Пусть остынет.
— Это ты у нас горячий! — не выдержал я. — Валацуга!
— Но, но! — погрозил пальцем. — Я тебе все-таки отец.
— Да ты!..
— Не кипятись! — усмехнулся он. — Знаю, что думаешь. Только зря. У нас с Машей серьезно. Я сделал ей предложение, и она его приняла. Кончатся выходные — пойдем в ЗАГС.
Я едва удержал чашку в руках. Подумав, поставил ее на стол.
— Тебе сколько лет?
— Пятьдесят, — сообщил он.
— А ей?
— На девятнадцать меньше.
— И?..
— Как думаешь, — спросил он, — Маше светит выйти замуж?
Я завис. Отец прав. В этом времени взгляды другие. Девушки идут замуж в двадцать два — двадцать четыре года. Это те, которые с высшим образованием. Прочие и раньше выскакивают. В двадцать пять лет невеста уже «старая». В тридцать даже не последний вагон — перрон с отошедшим поездом.
— Ну… — выдавил я. — Получит квартиру…
— В этом случае не выйдет вовсе, — хмыкнул отец. — Будет думать, что мужчине интересно ее жилье. Знаю я таких. А теперь слушай. У меня есть дом, деньги и машина. Я получаю хорошую пенсию и могу работать. Семью содержать — не проблема. Это раз. А теперь два. Маша стоит в очереди на однокомнатную кооперативную квартиру. Ждать ей еще пару лет — однокомнатных строят мало. После того, как поженимся, получит сразу — и двухкомнатную. Я оплачу взнос, куплю обстановку. Если вдруг разведемся, все останется ей. Делить имущество я не собираюсь.
— Тебе с этого какая радость?