Стюард все же решил мне помочь, отошел от дверцы и попытался подхватить на руки, крякнув с натуги. Цецилия и Дженнет бестолково суетились рядом, скорее, мешая и создавая суматоху. Я тоже не способствовала собственному спасению, стараясь быть максимально неудобной ношей. Знаете, бывает, как не возьмись за поклажу, ничего не выходит, то из руки выскальзывает, то к земле клонит. Вот и я старалась, так и норовя завалиться на деревянные доски. Этот спектакль остановила бесшумно открывшаяся дверь кабины пилотов. Я поняла это по воцарившемуся молчанию. Целительница перестала охать и ахать надо мной, а герцогиня оборвала очередное ругательство.
— Что… — хотел спросить один из мужчин в форме, но почувствовал на своем горле металлические пальцы оказавшегося у него за спиной Альберта и замолчал. Я помнила, какие они холодные и острые. Железный аргумент.
Стюард от неожиданности разжал руки, и я все-таки упала на доски, едва не зашипев от боли в груди.
— А теперь все будут молчать, слушать меня и делать то, что я говорю, — произнес кузен.
Цецилия подала мне руку и помогла встать.
— Не понимаю. — Стюард растеряно смотрел то на нас, то на железнорукого, стоявшего рядом с пилотом, то на Лео, который серой молнией запрыгнул в управляющую кабину, и спустя миг оттуда послышался стон. Вряд ли кому-то ранее приходило в голову угнать легкую гондолу Академикума. И вряд ли подобное могло произойти в Запретном городе.
— А тебе и не надо, — улыбнулся кузен своей сумасшедшей улыбкой. Мне уже доводилось испытать на себе ее «очарование», а вот на остальных она произвела неизгладимое впечатление. — Свободен.
— Что? — растерялся служащий.
— Пошел прочь, пока я не передумал и не отправил тебя в полет без крыльев. Ну!
Стюард, едва не подпрыгнув на месте, бросился к лестнице и стал торопливо спускаться, то и дело оглядываясь, словно не веря своим глазам.
— Лео! — крикнул Альберт. Бывший серый выглянул из кабины, и кузен толкнул к нему пилота. — Без глупостей, понял? Я очень зол и очень хочу выбраться отсюда. Настолько хочу, что все остальное уже не имеет значения.
Пилот ничего не сказал, позволив Лео отвести себя в кабину.
— Вам придется еще раз разыграть подобный спектакль или любой другой, — произнес Альберт и подал руку… свою настоящую руку Дженнет, помогая взобраться в гондолу.
— Мы тебе актрисы что ли? — огрызнулась герцогиня.
— Придется ими побыть. Или ты думаешь, что на этом мы сможем подкрасться к Академикуму незаметно? Серьезно?
— Кто позволил тебе мне «тыкать»? — спросила сокурсница, выдергивая пальцы из его руки.