— Рад вас видеть вновь, мастер.
И этот туда же… мастер. Мастер бы так не облажался. Натянув приветственную улыбку, я со вздохом повернулся и слегка поклонился патриарху Храма Света.
— И я рад вас видеть, старейшина.
Старейшина Ло сидел в позе лотоса прямо на полу в дальнем конце холла перед низким столиком с еле чадящей курильницей и слегка поглаживал свою бороду. Действительно, а кого ты ожидал здесь увидеть, Вик.
— Я и сам хотел…
Легким взмахом руки патриарх остановил меня и указал на место напротив себя.
— Знаю. Но я не хочу, чтобы ты торопился с рассказом. Тебе нужно на него настроиться, правда?
Я угрюмо кивнул и сел напротив. Незнакомый мне аромат благовоний пробежался по восприятию. Я закрыл глаза и сделал три глубоких вдоха, чтобы понять с какого момента лучше начать. Что-то скрывать в присутствии старейшины было бы непростительной глупостью и неуважением, да я и не собирался. Ростки тьмы в глубине души нужно было вырвать с корнем, и я очень надеялся, что старейшина сможет мне в этом помочь. Первые фразы вышли скомканными, но затем меня будто прорвало. Невидимый поток подхватил сознание, вываливая всю злобу, боль и сожаление.
— … код, которым закрыл Врата, даже я не помню.
Концовка вышла такой же скомканной, как и начало, но я почувствовал себя гораздо легче. Как будто смог разделить свою ношу с кем-то, кто сможет меня понять. Старейшина за весь рассказ так ни разу и не прервал меня. Не сменив даже позы, он продолжал поглаживать свою бородку. И лишь в изгибе бровей улавливалось еле заметное напряжение.
— Ты большой молодец. — неожиданно сказал он и слегка улыбнулся.
После его фразы я впал в легкий ступор. Нет, я не ослышался. Улучшенные органы восприятия, не позволяли использовать эту отмазку. Но почему он так сказал?
— Мастер Вик. — продолжил старейшина, видя мое смятение. — Даже лучшие провидцы Храма не могут считать узор других миров. Мы можем лишь смутно видеть их влияние на наш мир. Без причинно-следственной связи. После твоего рассказа многое стало на свои места и мне кажется, что ты принял правильное решение.
— Но я не могу отдать тот камень вам. — брякнул я первое, что пришло в голову. — Он слился со мной.
— А его и не нужно отдавать. Лишь сейчас стало понятно, что именно твой узор отражается в центре общего.
— Почему именно мой? Я же не сделал нужный выбор.
— Праведники не способны изменить мир. — неожиданно ответил старейшина после долгой паузы. — Они, как и сторонники тьмы не вольны принимать решения которые могут по настоящему изменить мир, и лишь следуют главным императивам своей парадигмы. Их суть нести добро или зло, но сомневаться и в том и другом — удел немногих.