— Готова к сюрпризу, любимая? — шепчет муж на ухо.
Вокруг нас две сотни гостей, родственники, деловые партнеры, журналисты. Но на видео
появляется совсем не офис. Это номер отеля. Камера, очевидно, скрытая, показывает
кровать. На которой…
Бокал выскальзывает из моих похолодевших ладоней. Звон разбитого хрусталя тонет в
гуле голосов.
На экране Андрей. Мой Андрей. В постели с девушкой, которая годится ему в дочери.
— Ирка никогда не узнает, — смеется Андрей на экране, целуя плечо брюнетки. — Дура
думает, что я её люблю. Ещё пару лет потерплю, выведу все активы и брошу эту
стареющую курицу.
— А ты не любишь? — игриво спрашивает девушка, раздеваясь.
— Софочка, котёнок, какая любовь? Мне пятьдесят. Ирке сорок пять. Думаешь, меня
возбуждает стареющая тётка? Много лет назад я женился на её связях, милая. Папочка у
неё был большой человек в мэрии. Без него я бы до сих пор в районной поликлинике
психологом сидел.
Зал взрывается. Кто-то присвистнул, кто-то начал снимать на телефон. Андрей,
настоящий Андрей, стоящий рядом со мной, побелел и бросился к аппаратуре.
— Выключите! Немедленно выключите! — кричит, но судя по тому, что шоу продолжается,
ему никто не помогает.
Слова Андрея врезаются в мозг раскалёнными иглами. Стареющая курица. Так он называет
меня в постели с… Любовницей?
— А дочь твоя? Она же в курсе наших отношений.
— Катюха? — киношный Андрей с улыбкой потянулся к завязкам на поясе у девицы. — Умная
девочка, вся в папу. Пятьдесят тысяч в месяц и молчит как рыба. Даже помогает
иногда. На прошлой неделе предупредила, что в «Ритце» камеры в коридорах поменяли.
Я медленно поворачиваюсь к дочери. Катя стоит в пяти метрах от меня. Лицо белое, губы
сжаты в тонкую линию. Но ни удивления, ни шока. Только страх и… вызов?
— Мам… — начинает, но я уже всё поняла. Всё встало на свои места.
— Ты знала, — не вопрос. Констатация факта.
— Мам, это не то, что ты думаешь…
— Ты. Знала. — говорю тихо, но в замершем зале мой голос звучит слишком громко. —
Сколько, Катя? Сколько это продолжается? Дней? Недель? Месяцев? — ни одно мое слово
не вызывает реакции на ее лице. Кроме последнего. — Лет⁈
Катя молчит. За моей спиной продолжает идти проклятое видео.