Я делаю глубокий вдох, прежде чем провести пальцем по экрану.
– Да, – говорю я, и собственный голос кажется мне чужим.
Я готовлюсь к чему угодно. К злости. К издевке. К давлению. К очередному витку шантажа. Я почти физически чувствую, как внутри меня все сжимается в ожидании удара.
– Мия… – голос Виктора звучит иначе. Тише. Ниже. Виновато.
Я моргаю. Мне кажется, что я ослышалась.
– Я… – он делает паузу, и в этой паузе нет привычной уверенности. – Я хотел извиниться.
Сердце пропускает удар.
Я молчу. Боюсь спугнуть этот момент. Боюсь, что если скажу хоть слово, то проснусь.
– Я вел себя отвратительно, – продолжает он. – Я это понимаю. Сейчас понимаю. Я был злым, жестким, эгоистичным. Я слишком долго считал, что имею право так поступать.
У меня перехватывает дыхание.
– Ты хорошая жена, Мия, – говорит он вдруг. И это звучит так неожиданно приятно, что у меня на глаза наворачиваются слезы. – Правда. Ты все эти годы держала наш быт. Держала наш дом. Ты родила и вырастила замечательного сына. Ты делала для нашей очень много, а я не ценил.
Напряжение внутри начинает таять. Мне становится тепло от его слов.
Я понимаю, что он не собирается сажать Кирилла. Если бы собирался, этот разговор был бы другим. Я знаю это так же ясно, как знаю собственное имя.
– Я хотел все вернуть, – говорит Виктор устало. – Хотел вернуть контроль. Привычную жизнь. Тебя рядом. Но теперь я понимаю… мы не подходим друг другу. Мы никогда по-настоящему не подходили.
Я сижу, прижимаю телефон к уху, и не верю собственным ушам.
– Нам будет лучше, если каждый пойдет своим путем, – продолжает он. – Больше никаких угроз. Никакого давления. Никаких попыток переделать друг друга. Я… отпускаю тебя, Мия.
По щеке скатывается слеза.
– Я правда желаю тебе счастья, – говорит он напоследок. – Ты его заслуживаешь.
Связь обрывается.
Я еще несколько секунд смотрю на погасший экран, будто он может снова загореться и все это окажется шуткой. Но телефон молчит.
Я медленно выдыхаю и только сейчас понимаю, как долго я задерживала дыхание.
Артем все-таки поговорил с ним. Я не знаю, что он сказал. Не знаю, как именно он смог достучаться до Виктора. И, если честно, я не уверена, что хочу это знать. Есть разговоры, которые важны только по результату. А результат такой – Виктор больше меня не держит. Он больше не будет ломать мою жизнь.
Я опускаю голову и закрываю глаза. И впервые за очень долгое время чувствую не страх, а облегчение.
Я сижу на краю кровати, когда телефон на снова тумбе. Не звонок – сообщение. Как будто человек по ту сторону экрана боится вторгнуться в мою тишину.