— Хочу развод. Еще бы сделать так, чтобы алименты не платить…
Я застываю, словно меня ударило молнией.
Потому что совсем рядом раздался голос моего мужа!
Сглатываю ком в горле, осторожно выглядываю из-за вешалки с одеждой.
Я нахожусь в мультибрендовом магазине мужской одежды. Мой муж часто здесь совершает покупки.
Хотела порадовать его на грядущее сорокапятилетие, выбрав дорогой галстук.
Выбирала спокойно, уже второй раз во время обеденного перерыва заглядывала, в поисках того самого…
И тут — такое.
Мне аж дышать стало нечем.
Вдруг я просто ослышалась?
Мало ли какой другой мужской голос просто похож на голос моего супруга. Это может быть совсем не он…
Но, выглянув осторожно, я вижу в нескольких метрах Ратина Якоба Петровича, своего мужа.
Стоит спиной, но я своего мужика всегда узнаю.
Он — высокий мужчина, плотного телосложения. В нем чувствуется что-то такое… основательное. То, что позволяет ему выглядеть на голову выше всех остальных.
В стенах дорогого брендового магазин он чувствует себя как рыба в воде.
Дорогой темно-синий костюм и массивные часы напоказ. Он уверенно держится, словно весь мир вертится вокруг него. Интересно, о чем думает муж, пока он так величественно вышагивает вдоль витрин?
И правильно ли я услышала его?
Якоб замирает напротив витрины с самыми дорогими галстуками, каждый из которых представлен на отдельной подложке.
— Да-да, Иван Сергеевич, — говорит по телефону. — Вы не ослышались. Я планирую развод с Евгенией.
Евгения — это я.
Мне тридцать восемь. Мы женаты вот уже восемнадцать лет!
Ровно столько же лет нашему старшему сыну, а есть еще близняшки-подростки, им по семнадцать.
Словом я — мать троих детей, которая внезапно узнала, что муж планирует наш развод.
Ни с того ни с сего!
Причем, говорит так спокойно, как будто уже все обдумал.
Стоит напротив витрины, поглаживает бородку, которую с недавних пор решил отращивать.
Как это вообще возможно?
У меня чувство, будто я оказалась на борту утлой лодочки во время сильнейшего шторма.
Даже вешалка с рубашками пастельных оттенков зарябила перед глазами. Мне становится нехорошо, но я стараюсь держаться на ногах и не падать в обморок.
— Принимаю сожаления, — легко и с ленцой отвечает муж.
В голосе Якоба звучит легкое нетерпение, как будто ему не очень приятна начатая тема, и он спешит поскорее перевести разговор в другое русло.
— Да-да, наш брак был, кхм… крепким, основательным, но наступает момент, когда люди принимают решение дальше идти по жизни раздельно.