Так-так…
— Да. Я немного исказил факты в нашу первую встречу, лерда Кристиния, — с виноватым видом улыбнулся демон. – И вот пришло время покаяться.
— В чем именно? – напряглась я.
— В том, что касалось моих чувств к лерде Ангелине. Я немного изменил их оттенок…
— Угум, на прямо противоположное… — брякнул дракон, просверлив Донкисса молниями, вспыхнувшими в глазах.
— Ты не любил Ангелину, — это был даже не вопрос, я и так уже поняла, что мне шедеврально наврали.
— Я ее ненавидел. Потому что… в общем есть ещё одна вещь, которую мне следует рассказать, — сказал Донкисс, глядя мне в глаза.
— Конечно есть, — вздохнула я. — У вас двоих каждый раз «ещё одна вещь», — упрекнула я за компанию и Даркворда тоже.
Демон усмехнулся. Выдержал паузу. И продолжил:
— Я солгал тебе в том, кто именно любил Ангелину. Не я был с твоей сестрой. Не я её любил. То был мой младший брат. Девил, — драф удрученно возвел глаза к потолку. – Она ему всю карьеру сломала! А ведь Девил вполне мог приглянуться королеве Демре и стать ее наложником.
— Сомнительное продвижение по службе, — вставил свои пять копеек Дарковрд.
— У нас это в норме вещей, — не стал ссориться из-за ерунды Донкисс. – Все высокие титулы и должности достигаются через постель. В основном имеется в виду ложе самой королевы, разумеется.
— Ну, да, разумеется, — остолбенело бормотнула я. — То есть ты соврал о самом главном. С самого начала нашего знакомства, — я усмехнулась. Вышло глухо. — Напомни-ка, драф Донкисс, зачем мне дальше тебе верить?
— Не верь, — пожал он плечами. — Послушай первоисточник.
И демон продемонстрировал нам письмо. То самое, чудом не повредившееся во время рубиловки, что они устроили с драконом.
— Вот письмо. Написанное ими. Твоей сестрой. И моим братом, — ошеломил меня драф. – Оно защищено особой магией. Запечатано его Тьмой и ее Светом.
Он бросил конверт на стол. Так, словно выкидывал клинок, разоружаясь.
Тишина.
Я смотрела на конверт. И не знала, что чувствую.
Нет, знала. Всё сразу: злость, разочарование, усталость.
— А ты уверен? — я спросила почти пропавшим голосом.
Драф задержал взгляд на белой бумаге.
— Откроем и узнаем.
Послание было плотно свёрнуто, запечатано золотистой вязью, странно тёплой и с черными прожилками дыма.
Демон не спешил. Но глаза у него были такие, будто внутри у него загорелся обратный отсчёт, и время уже почти истекло.
— Я не могу его открыть, — сказал драф. — Оно зашито двойной родовой магией. Двойственной, если быть точным.
И посмотрел на меня в упор.
— Твоя сестра-флеймина и мой младший брат написали его вместе, — зазвучал голос Донкисса, вторя бешеному стуку моего сердца. — И запечатали так, чтобы открыть могли только мы с тобой, лерда Кристиния. И только вместе. Как старшие в их родовых узлах.