Сердце пропускает удар, потом второй, а затем начинает колотиться где-то в горле.
— Я люблю тебя, Лида Морозова, — произносит, чеканя каждое слово, словно высекает их на граните этих гор. — Любил, когда тебе было пять и у тебя были смешные косички. Любил, когда тебе было шестнадцать и ты красила губы жуткой розовой помадой. Любил, когда ты выходила замуж за того придурка. Любил всегда. И буду любить всегда. Даже когда мы будем старыми и ворчливыми, я буду любить тебя так же сильно.
Эмоции прорываются наружу неудержимым потоком. Я всхлипываю, не стесняясь, не пытаясь быть красивой.
— И я тебя, — шепчу, глотая слезы. — Люблю, Матвей.
Он притягивает меня к себе. Резко, жадно. Наши губы встречаются, и мир перестает существовать.
Нет больше Альп, нет холода, нет снега. Есть только он. Вкус его губ горячий. Властность его рук. Жар его тела, который проникает сквозь слои одежды и плавит меня изнутри.
Это поцелуй голода. Поцелуй двух людей, которые умирали от жажды в пустыне и наконец-то добрались до источника. В нем — вся накопившаяся страсть, вся невысказанная нежность, вся боль разлуки, которая теперь кажется страшным сном.
Снег начинает падать гуще. Он укрывает нас белым пологом, словно благословляя. Словно природа говорит: «Наконец-то. Ну наконец-то вы поняли». Снежинки тают на наших разгоряченных лицах, смешиваясь с моими слезами и нашими поцелуями.
Нащупываю камеру вслепую, поднимаю объектив, не разрывая поцелуя. Я не вижу кадра, но знаю — он будет идеальным.
Мы стоим на балконе, затерянные в горах, вдали от всего мира. Внизу, под снегом, пробивается невозможный зеленый клевер. Символ удачи, которая приходит только к тем, кто умеет ждать. К тем, кто прошел через ад сомнений и страха, чтобы обрести свой рай.
Матвей отрывается от моих губ, но не отпускает меня. Он прижимается лбом к моему лбу, его дыхание сбито, глаза блестят лихорадочным блеском.
— С днем святого Валентина, — шепчет он, протягивая колечко на ладони.
Камера продолжает писать. Красная точка мигает. На карте памяти остается этот рассвет, этот снегопад, этот клевер и мы. Двое сумасшедших, которые потратили полжизни на то, чтобы пройти расстояние в один шаг. Но этот шаг стоил того.
Ведь теперь у нас есть всё остальное время. Вся вечность. И она начинается прямо сейчас.