— Похоже, начинает затихать, — прошептала Свечка.
И правда, жужжание стало слабее, но вместо него появился еще какой-то звук. Я прищурился, словно это поможет мне лучше слышать.
— Этот звук. Как будто что-то скребется, — прошептал Морок.
Мои брови взлетели вверх.
— Они прогрызают новый путь. Они решили не лезть там, где горит напалм! — прокричал я.
Я взлетел и дал команду чипу обрабатывать конкретный звук. Я пролетел над ульем, и алгоритмы быстро определили, когда звук приближается, а когда отдаляется, и помогли мне определить, откуда он доносится.
— Здесь.
Через миг поверхность улья треснула сначала в одном месте, потом в другом, а следом раздался мощный хруст, и поверхность обвалилась внутрь, подняв пыль. Внизу образовалась дыра радиусом метра два. Я тут же направил перчатку вниз и начал выпускать черные шарики. Из дыма, жужжа, начали вылетать и тут же натыкаться на мою атаку шершни. Я бил неприцельно, потому что различить что-то в пыли и дыму не получается, но даже так мне одно за другим стали приходить сообщения об убийстве монстров.
И все же всех завалить я не смог, потому что нет-нет, то один, то другой шершень прорываются. Некоторые не вылетают, а выползают, только не стремятся атаковать меня, а просто пытаются улететь или уползти. Ласка работает по тем, кто выполз, с одного удара разрубая их пополам, а летающих сбивает Морок. Причем шершни двигаются медленно, жужжание не такое грозное — видимо, все-таки в безвоздушном жарком пространстве они получили довольно много урона, так что сейчас еле живы.
Спустя пару минут боя, в перчатке закончились заряды, а монстры не заканчиваются, выползают и выползают. Я пришел в шок от того сколько их там оказалось. Вроде с виду небольшое гнездо, а мы уже перебили больше сотни и умудрились с Лаской апнуть 122 уровни.
Как только я перестал сыпать заклинаниями, из пролома стало вылетать все больше и больше монстров. Я начал атаковать их с интервалом в одну секунду, метая гравитационные разрывы даже без использования телекинеза, потому что кастовать его — это лишняя потеря секунды, а монстры так вяло двигаются, что не составляет труда попадать по ним и без этого.
Побоище длилось еще почти минуту, пока внезапно не прекратилось. Я вытер пот, глядя на кучу останков тел, что валяются в дыре и по сторонам от нее. Кстати заметил, что не у всех шершней, оказывается, есть жала. Видимо, это шершни-рабочие или что-то типа того. Где-то в глубине должны вроде остаться личинки, но, наверное, они погибли от всего этого жара. Впрочем, проверить все равно придется, хотя, честно говоря, лезть в гнездо нет никакого желания.