Русь. Усть-град, столица Поморского княжества
Корчма «Рыба-меч»
Спустя три недели после убийства Олафа Чернобрового и смены власти на Севере, в Хеддинберге
— Рад тебя лицезреть в добром здравии и столь же хорошем расположении духа! Я, как издалека в порту увидел твою могутную фигуру, сразу понял, кто к нам на берег сошёл с варяжского кнорра! — Переслав, средних лет ушлый русоволосый купец из Усть-града, хитровато прищурившись, наблюдал за тем, как сидящий перед ним Ратибор с завидным аппетитом уминает в одну рожу грамотно запечённое здоровенное говяжье бедро. — Может, ещё кваса? Не скромничай! Угощаю, сказал же!
Рыжебородый богатырь, минут пять назад осушив очередной жбан с любимым напитком, по коему страсть как соскучился за время своего вынужденного отсутствия на Руси-матушке, лишь согласно рыгнул в ответ на столь дельное предложение, с довольным урчанием продолжая поглощать прекрасно приготовленное мясо.
— Вторак! — повелительно пророкотал Переслав на весь кабак. — Ещё своего лучшего кваску притарабань-ка нашему дорогому гостю! Да пошустрее! Он ждать не любит!
— Ужесь несу, ужеся туточки! — тут же угодливо раздалось недалече. Спустя пару мгновений перед угловым столиком, за которым и восседали Ратибор со своим собеседником, как из-под земли вырос пухленький трактирщик Вторак, торопливо и вместе с тем осторожно ставя перед дюжим ратником ещё один кувшинчик пенного нектара. Кабатчик не ведал, кого именно занесло к нему в заведение с попутным ветром, но то, как уважительно обращался к огромному гостю влиятельный и всеми уважаемый в Усть-граде именитый купец Переслав, явно произвело сильное впечатление на пронырливого корчмаря. — Ежели желаете ещё бурёнку, имеются жареная грудинка и подкопчённые рёбрышки, а также шея, язык, печень, сердце и хвост…
— Достаточно! — Ратибор отодвинул от себя блюдо с обглоданными костями и сытно икнул. — Я что, по-твоему, за один присест телёнка целиком уминаю? А хвост я тебе сейчас самолично накручу, коль не исчезнешь с горизонта! Будешь нужен, кликну.
— Понял! — Вторак быстро забрал пустую тару со стола. — Уже испарился, аки капли росы в знойный денёк!
Переслав, проводив смешливым взглядом умчавшегося восвояси понятливого хозяина таверны, молча дал Ратибору добренько отхлебнуть из принесённого кувшинчика и только после принялся осторожно любопытствовать:
— Все дела уладил на Севере? У нас не задержишься? Спешишь, поди? Ведь теперича можно и дома порядок навести, да?