Я пыталась вырваться, но куда мне, маленькой и хрупкой, против рослого мужчины, прекрасно владеющего боевыми искусствами?
— Да-а-а… — мурчал Мэрвин от удовольствия, двигаясь. — Мне так нравится, когда ты сопротивляешься…
Его рука цепко сжимала моё горло, с каждой секундой всё сильнее и сильнее. Я хрипела и сипела, царапая внешнюю сторону его ладони, но он не обращал на это внимания, не понимая, что душит меня. Только наоборот заводился сильнее, издавая стоны, вызывающие тошноту.
Перед глазами всё плыло, лёгкие нещадно жгло от нехватки кислорода, горло отдавало болью, а душа ревела кровавыми слезами.
Только небесам было известно, в каком кошмаре я жила последние два месяца…
«Может, хватит? — подумалось внезапно. — Хватит страданий, которых я повидала предостаточно. Лучше всё равно не будет…»
И я перестала вырываться.
«Устала. Моя жизнь — кромешный ад. Не хочу. Не могу так больше», — пронеслось в мыслях.
Я отдалась во власть судьбе, позволяя душить себя. Было больно, лёгкие нещадно жгло от нехватки кислорода, но в какой-то момент боль отошла на задний план, как и голос ненавистного супруга начал отдаляться.
«Продолжай… — молила я его, чувствуя, что теряю сознание. — Сжимая моё горло сильнее… Позволь освободиться от тебя и обрести покой…»
Юлиана
Как провалилась в темноту, я не помнила, обретая долгожданное спокойствие и лёгкость, но всё продлилось недолго.
— Госпожа… — послышался знакомый голос. — Хватит спать, госпожа!
— Мия? — прохрипела я, испуганно распахивая глаза и наблюдая свою служанку, которая стояла передо мной.
— А вы ждали кого-то другого? — улыбнулась она.
Я вглядывалась в её черты лица, чувствуя, что сердце сейчас выпрыгнет из груди.
«Мия… Моя Мия… Но как? Как такое… ты же… Тебя ведь…»
Не понимала, что происходит. Возможно, это сон, но я была рада ему несказанно.
— Ты… ты… — мой голос задрожал, а на глазах выступили слёзы.
Шмыгнув носом, я рванула с кровати, кидаясь к Мие и крепко обнимая её.
Слышала, как девушка пискнула от моей хватки, чувствовала, как исходит тепло от её тела.
«Как живая…»
— Что с вами, госпожа? — хихикнула Мия, которую казнили на моих глазах за обвинение в воровстве. Вот только девушка его не совершала. Она никогда бы не осмелилась на такой поступок.
Я тихо плакала, не желая выпускать Мию из объятий, а она смиренно стояла, позволяя мне это.
— Ракель… — ревела я. — Эта Ракель! Как же я её ненавижу! Это она! Она подставила тебя, а потом, когда прошла казнь, с улыбкой на лице рассказывала мне, как подкинула в твою комнату свои украшения! Прости меня! Я…