Пашка покончил с завязками и легонько хлопнул меня ладонью по плечу. Повернувшись к своему секунданту, я поблагодарил его коротким поклоном. Иванов поклонился в ответ. Каратэ начинается и заканчивается рэй — вежливостью, уважением. Наипервейшее правило!
Снова обратившись в сторону татами, я принялся неспешно разминать кисти. Никаких перчаток: каратэ-до так и переводится с японского — «путь пустой руки». На внутренних турнирах мы иногда используем матерчатые накладки — скорее, из гигиенических соображений — но на международных соревнованиях с этим строго. По мне, так оно и правильно: голую руку лучше чувствуешь.
Тем временем, в центр площадки вышел поджарый рефери в широких штанах-юбке хакаме, судя по флажку с кленовым листом на рукаве куртки — канадец. Мельком посмотрел в мою сторону, потом перевел взгляд на японца — убедился, что спортсмены готовы — и скомандовал:
— Ака, сиро — нидзё! — то есть: «Красный, белый — выходите!»
Поклонившись, я двинулся вперед. С противоположного края татами навстречу мне пошел Ямада Кэйсукэ.
Не доходя пару шагов до центра площадки, мы оба остановились, по жесту канадца приветствовали рэй судейский столик, самого рефери и друг друга. Последовала команда:
— Сёбу иппон хаджимэ! — и бой стартовал.
Японец сразу же ринулся в атаку, очевидно, сделав ставку на яростный натиск. Но не тут-то было! Отступив всего на полшага, я благополучно избежал прямого удара в голову, выброшенную соперником ногу ловко принял на правое предплечье и тут же контратаковал. Моя передняя, левая рука скользнула по шлему противника — звук контакта, на который нередко ориентируются не самые опытные судьи, был отчетлив, но, признаться, сам удар вышел плохонький. Зато повторный — правой рукой — получился хоть куда — сильный и точно в центр стеклянного забрала японца. Комбинацию завершил звонкий маваши [1] в край кирасы незадачливого Кэйсукэ.
— Ямэ! — остановил бой рефери. — Мотоно ичи! — велел он нам вернуться на исходную позицию. — Ака: дзёдан цки — ваззари, чудан гери — ваззари! — скороговоркой выдал затем канадец и показал столику три пальца на ближней ко мне руке.
Понятно: мой первый кривенький удар рукой судья справедливо не засчитал, за второй — «цки» в верхний уровень «дзёдан» присудил очко, за попадание ногой в средний уровень «чудан» — еще два. То есть счет сразу же стал три-ноль в мою пользу.
— Тсудзукитэ хаджимэ! — дал канадец команду продолжить поединок.