Молак добавил:
— Прошлое описывали победители. Они могли написать что угодно, господин, а за тысячу лет всё написанное могли двадцать раз переврать при смене поколений. Шутка ли, тысяча лет. Сами королевства при Предках не прожили и половину этого срока.
Я вспомнил ещё и Ития, владетеля Дома Матон. Его изыскания в прошлом королевств, знания, за которые он был наказан. Что-то в этом есть. Один только ритуал усиления воинов кровью владетеля, вымаранный из памяти идаров, чего стоит. Да, неизвестно, сработает ли он с отцовской кровью, но всё же.
Ладно. Я всё ещё не собирался возрождать Ребела. От одной только мысли об этом у меня по шкуре мурашки размером с кулак бежали. Но чтобы не возродить, нужно самое меньше знать, что я не должен делать ни в коем случае. Может быть, мне вообще нельзя становиться Клинком? Или нельзя заводить больше одного ребёнка, чтобы не множить крови Оскуридо. Я должен это знать.
Кивнул:
— Ладно. И что я должен сделать, для того чтобы возродить Ребела?
Молак радостно улыбнулся, покосился на кого-то из других теней. Я толком не понял на кого, Ирала? Ариоса? Ограка? Они все трое стояли с той стороны.
Пока я гадал, Молак торжественно начал:
— Едва возродившись из небытия, едва начав ощущать себя, ещё неспособные ни воссоздать форму, ни использовать речь, мы уже начали подозревать, что это не может быть случайностью.
— Что, Ребел побеспокоился о том, чтобы я появился на свет?
Молак недовольно поджал губы:
— Вы что-то слишком язвительны, господин. Почему сомневаетесь в том, что он непричастен к этому? Если верить всем тем летописям, что вы читали в Кузне, то всех, всех без исключения потомков крови Оскуридо убили. Во всех королевствах. Но вы же стоите передо мной? Вы Оскуридо и мы, верные слуги ощущаем в вас кровь этого рода, именно она даёт нам силы и поддерживает наше существование.
— Не улавливаю связи.
— Если известных потомков Оскуридо уничтожили, значит, ваша кровь пришла от тех потомков, которых не вносили ни в одну из родовых книг. Тайных потомков. А кто в здравом уме стал бы в те годы скрывать, что породнился с королевской кровью, пусть и соседнего королевства?
— Породнился это и есть занёс имя отца или матери в родовые книги, — напомнил я Молаку одну очень важную деталь. — Пока что мы говорим не более чем о ребёнке со стороны. Да, сильной крови, которая усилила Дом, но со стороны. Не вижу, какое отношение к этому имеет…
Я замолк, сглотнул, когда до меня дошла очевидная мысль, с каким-то даже ужасом выдавил из себя:
— Это что, я далёкий внук Ребела? Он по всем королевствам тайно оставлял своих детей, чтобы…