Я смотрю на неё, а потом снова на парня, щурюсь, пытаясь разглядеть детали. Почему его лицо вызывает во мне это странное ощущение дежавю? Как будто мы уже встречались, но в другом контексте, в другом времени. Он стоит уверенно, руки в карманах, взгляд скользит по аудитории с лёгкой усмешкой на губах, словно он здесь хозяин.
— Почему его лицо мне кажется знакомым? — бормочу я, продолжая рассматривать его. В рваных джинсах и куртке он выглядит как типичный бунтарь, не вписывающийся в академическую атмосферу, но в то же время притягательный, как магнит.
— Так он часто ошивается на территории нашего универа, — объясняет Лена, понижая голос до шёпота. — Встречается с девушкой с… уже третьего курса, с Надей. Ещё он знаком с Игорем.
При упоминании Игоря я морщусь, как от кислого лимона. Игорь — мой бывший парень, тот, с кем я пережила свой первый серьёзный роман на первом курсе. Тот, кому я отдала свою девственность в порыве юношеской страсти, думая, что это любовь на всю жизнь. Но летом все изменилось: я поняла, что меня к нему не тянет, что наши отношения — это скорее привычка, чем настоящие чувства. Расставание было тяжёлым; он принял это неадекватно, скажем так. Долго ещё преследовал меня звонками, сообщениями, упрёками. «Ты меня использовала», «Ты холодная стерва» — его слова все ещё эхом отдаются в голове, вызывая тошноту. Он съедал мои мозги чайной ложкой, медленно и мучительно, пока я не научилась игнорировать его.
Смотрю на этого Котова, и вдруг — как молотком по голове: вспышка воспоминания. Это парень в сером спортивном костюме! Год назад, когда Игорь поймал меня на пути в библиотеку в соседнем корпусе, в его компании был именно этот парень. Они стояли у входа, курили, и Котов тогда пялился на нас с Ленкой, пока мы не скрылись в здании. Его взгляд был таким пронизывающим, что я почувствовала себя обнажённой под ним. Теперь все сходится — отсюда это ощущение знакомства.
— Ты с Игорем уже виделась? — спрашивает Лена, прерывая мои мысли, и в её голосе сквозит сочувствие.
— Нет! И слава богу, — отвечаю я, отмахиваясь рукой, как будто отгоняю назойливую муху. — Услышать ещё раз, какая я мразь, не имею желания. Довольно с меня его драм.
Внутри меня все ещё кипит раздражение при мысли об Игоре. Его сообщения до сих пор приходят — вчера вечером опять написал что-то вроде «Ты жалеешь, признайся». Я уже думаю номер сменить, чтобы раз и навсегда отрезать эту нить.
— Не успокоился ещё? — продолжает Лена, явно пытаясь поддержать разговор, но я вижу, как её глаза то и дело скользят к новому однокурснику.