— Мамочка, это дядя нашёл мою Катьку! — радостно сообщила малышка и повернулась в сторону Глеба, мило ему улыбаясь.
— Лиза? — наконец выдохнул он.
Лиза подняла глаза, и радостное выражение её лица тут же стало непроницаемым, словно захлопнулась невидимая дверь.
— Саша, девочка моя, я же тебе сто раз говорила: нельзя разговаривать с незнакомцами, — строго сказала девушка, отчитывая дочь. Её голос прозвучал резче, чем она хотела, но она не могла позволить себе слабость.
— Но он мою куклу нашёл! А глупая тётя назвала меня клопом, — обиженно запыхтела Саша, на глазах у которой заблестели слёзы. Она крепче прижала к себе куклу, будто та могла защитить её от несправедливости мира.
— Не обращай внимания, дорогая. Пойдём, — Лиза мягко опустила дочь на пол и, взяв её за руку, собралась уходить, стараясь не смотреть на Глеба.
— Лиза! Стой! — закричал Глеб и стремительно подбежал к девушке.
Он резко схватил её за предплечье и развернул к себе так, что они оказались в паре сантиметров друг от друга. Он навис над ней, всматриваясь в её лицо, пожирая глазами, будто не веря, что перед ним действительно она — та самая Лиза, которую он не видел столько лет.
Глеб поднял руку, чтобы провести по её волосам — так, как когда‑то давно, — но девушка резко дёрнулась, как от удара хлыстом.
Глеб замер, так и не опустив руку, молча наблюдая, как Лиза пятится от него назад. Её глаза расширились от тревоги, а губы сжались в тонкую линию.
Мужчина развернулся за ней всем корпусом и протянул руку, чтобы удержать, но возмущённый голос вывел его из ступора:
— Лизок, я вас потерял. Что происходит? — проговорил высокий мужчина, несколько секунд наблюдавший за этой немой сценой. Его голос был спокойным, но в глазах читалось напряжение.
Девушка вздрогнула, будто очнулась от сна.
— Миша, дорогой, всё хорошо, — поспешно ответила она, стараясь говорить ровно. — Сашка куклу потеряла, вот… — она растерянно показала на игрушку, которую девочка нежно прижимала к груди. Её пальцы слегка дрожали.
— Шурочка, ты расстроилась? — тихо спросил мужчина и, присев, обнял малышку, нежно целуя её в кудрявую макушку. — Ну‑ну, пойдём, родная, я же тебе новое платье обещал. Давай… — он аккуратно подтолкнул Сашу в сторону магазина детской одежды, бросил недовольный, оценивающий взгляд на Глеба и, взяв Лизу Суворову за руку, мягко, но настойчиво повёл её за собой.
Глеб остался стоять на месте, чувствуя, как внутри всё сжимается от смеси боли, растерянности и горечи. Он смотрел им вслед — как Лиза, не оборачиваясь, шла рядом с этим мужчиной, как Саша, уже забыв о слезах, весело что‑то рассказывала ему, как Миша слегка улыбнулся, наклонившись к девочке.