— Медики-Силовики его просто видят…
— Как видят? — не успокаивался я.
— Ну, например, вы, товарищ Старик, в состоянии улавливать визуально собственные Силовые конструкты?
— Конструкты? Это магию, что ль?
— Да, магию. Вот когда вы заморозили того бедолагу капитана…
— Я не хотел! — При воспоминании о том нелепом случае, на душе вновь «заскребли кошки». Я действительно не хотел, да и вообще на тот момент совершенно не разбирался в этом вопросе.
— Успокойтесь! — проникновенно произнес Виноградов. — Вас никто не обвиняет в содеянном, и не собирается обвинять в будущем! Это очень распространенная вещь, когда неопытный и необученный, да еще и не инициированный вовремя Силовик спонтанно выплескивает смертельную формулу… Да, гибнут люди… Это печально! Но это не повод изводить себя приступами самоедства!
— Да, понял я, понял, Владимир Никитич! — произнес я с тяжелым вздохом. — Чай, не маленький, и на свете пожил. Товарищей боевых терял — как без этого. Но вот чтобы так… щемит у меня на душе.
— А вот в этом случае я вам ничем, уважаемый, помочь не могу, — он виновато развел руками.
— Справлюсь, Владимир Никитич, — ответил я. — Это просто на старости лет я таким сентиментальным стал. Раскис, расслабился… Ить, думал, только и помереть мне осталось… А оно вона как обернулось! И еще, а если я опять чего-нить незнакомое, но дюже убойное колдану?
— Не получится, — покачал головой профессор. — Не в этом помещении, оно как раз для таких случаев и подготовлено!
А то! Кто бы сомневался! Значит, я правильно вычислил: кто бы меня без страховки, да в самом Кремле на «вольных хлебах» оставил. Охрана, чай, не просто так харчи прожирает, но и отрабатывает их с лихвой.
— Фух! — облегченно выдохнул я. — Сразу дышать свободнее стало!
— Ну что же, я рад, что с вашим физическим, да и психическим состоянием все в порядке! — Улыбнулся профессор. — Сейчас вы плотно позавтракаете, а потом вами займутся наши доблестные Менталисты. А то они уже заждались…
— Прямо копытом бьют? — Ехидно прищурил я один глаз, тот, который не видит ни хера.
— Бьют, — не стал скрывать Виноградов, — но уж извольте подождать, дорогие товарищи особисты!
— Владимир Никитич, вот прямо не нарадуюсь я на вас!
— Полноте, товарищ Старик, — отмахнулся от моих восторженных дифирамбов Виноградов, — я ж не изверг какой вас на голодный желудок в руки наших Мозголомов отдавать!
— Мне бы еще папироску выкурить… А, товарищ Виноградов? — слезно попросил я профессора.
— Курение вред! — наставительно произнес профессор общеизвестную истину.
— А некурящих нет! — Я постарался свести все в шутку. — Да и много ли мне осталось небо коптить, товарищ доктор? Думаю, что хуже мне уже не будет.