Да что там говорить о районах, близких к эпицентру, если даже здесь, в нескольких сотнях километров от него, всё дребезжало и подпрыгивало? Включая столы в рабочих кабинетах штаба Базы. И даже не обошлось без разбитой посуды и пары рухнувших на пол компьютерных мониторов.
Довольно ценными для науки (и с Земли уже подтвердили это) оказались наблюдения начальника геологической партии Коренькова, который не потерял голову, а всё время, пока Листьев, согласовав решение с Шаровым, не приказал возвращаться на Базу. Наблюдения за ходом извержения вулкана, просто поражающего размерами кратера — около двадцати километров. Помимо гигантского столба дыма и пепла, основную массу которого унесло на восток, вулкан изливал и лаву, которая, полностью заполнив жерло, стекала по его склонам.
— Очень жидкая, высокотемпературная лава, — пояснил геолог. — Нам очень повезло, что извержение носило не взрывной характер: просто после землетрясения образовалась мощная трещина, по которой лава и попёрла наверх. Но под изрядным давлением, поскольку лавовый фонтан ночью был хорошо виден.
Прогнозов окончания катаклизма геолог не давал, что-то рассказывая про объём какой-то дайки. Но из его слов было понятно, что за счёт огромных размеров кратера и «трубки» на годы и даже месяцы эта история не затянется. Тем не менее, прогнозировал, что из-за огромных объёмов выброшенного пепла и длительного времени остывания лавы склоны вулкана будут недоступны несколько лет, а территория к востоку от вулкана стала нежилой на много десятков километров. Также Кореньков прогнозировал некоторое падение среднегодовых температур, вызванное запылённостью атмосферы. Для нас, обосновавшихся неподалёку от экваториальной зоны, это, конечно некритично. А вот для жителей северного континента может стать неприятным сюрпризом.
Что же касается поминок по Пересечину, которые хочет устроить Кроха, то Иван Максимович Шаров, конечно, решил прийти к ней. И не один, а прихватив с собой майора Чистякова. Она ведь наверняка поняла намёк коменданта на то, что он нуждается в её информации о людях, работающих на закрытие проекта. Вот пусть эфэсбэшник и слушает, что именно она расскажет, какие фамилии назовёт.
Спасло нас, пожалуй, только то, что селевый поток накатывался не ровной, «плоской» стеной, а дугой: впереди та часть, которая текла по руслу реки, а края его отставали. Ведь мы добрались до квадрика буквально за минуту-другую до того, как волна воды, смешанной с глиной, песком и камнями, поравнялась с разрушенной землетрясением деревушки.