— То, что дозволено Паладину, не дозволено быку, — философски усмехнулся Мрак.
— Вообще-то я тоже Паладин! — возмутилась Лиса, — ну… почти. Хотя, что-то мне подсказывает, что даже для Паладинов, Маркус находится на недосягаемом уровне. Новых, старых, не важно. Он словно…
— Взрослый в детской песочнице?
— Именно! — выставила указательный пальчик вперед Лиса, — иногда мне кажется, что я приближаюсь, но потом это ощущение разбивается вдребезги о суровую реальность. Не уверена, что даже за тысячу лет тренировок смогу достичь его уровня… но это не значит, что я брошу попытки. Я постараюсь. Сделаю все, что смогу. И очень надеюсь, что ты мне в этом поможешь.
— Чем же? — иронично прохрипел Мрак, — у меня больше нет Тени.
— Моей хватит на двоих, — легко парировала Лиса.
— В этом и проблема, — скривился как от зубной боли мужчина, — я делаю тебя слабее. Я обуза.
— Никакая ты не обуза! — метнула Лиса в него подушку, — ты причина, по которой я еще жива! И я даю тебе слово, что сделаю все, чтобы оправдать это доверие и стать сильнее! Намного! Намного сильнее! А поскольку наши Тени теперь навечно связаны, то сильнее станешь и ты! И чем сильнее стану я, тем сильнее станут… все.
Заключила Лиса и замолчала, наблюдая за реакцией Мрака. Поначалу он не понял, что именно девушка имеет в виду, а когда понял, то его глаза округлились.
Он обвел взглядом спящих безымянных. Их подергивающиеся в унисон Тени. И усмехнулся.
— Ты хочешь раздать свою Тень остальным, — не спрашивал, а утверждал он.
— Если они захотят, — пожала плечами Лиса.
— Но зачем? Это сделает тебя слабее еще в восемь раз!
— Ошибаешься, — не согласилась девушка, — это сделает меня в восемь раз сильнее! Ведь пока я жива, будет жива и моя Тень, а значит и все вы. Проверено!
— На ком? На зверинце твоем?
— И что? — насупилась Лиса, — имеешь что-то против моих милашек⁈ Они все клевые! И все живые, чтоб ты знал!
— Нет-нет-нет, против них я ничего не имею против, — замахал руками Мрак и странно покосился на собственную тень, — теперь я понимаю, что они даже милые.
— Что значит «только теперь»⁈ Что значит «даже»⁈ — возмущенно уперла руки в боки Лиса, и Мрак глядя на это в голос засмеялся.
— Эй, я вообще-то о серьезных вещах тут говорю! Душу изливаю, а ты! Грубиян!
— Да-да, прости, — с трудом сдерживая смех, буркнул Мрак.
Но девушка на него совершенно не злилась.
Вообще, она впервые видела Мрака таким. И не только видела. Будучи объединенным с ним единой Тенью, она ощущала его эмоции почти также, как свои собственные. От них ее, почти всю жизнь ощущавшую себя отстраненной безымянной одиночкой, Лису накрыла волна подавляемого всю жизнь тепла.