— Я хочу предложить тебе мир, дружбу, синтексы! — нес я какую-то чушь, лишь бы он смотрел только на меня.
Хранитель приблизился и начал скалить зубы. То ли мозгов у него было не слишком много, то ли синтексы ему тратить было не на что. Мгновение — и он с визгом бросается на меня. Я создаю клона, а сам в этот момент делаю рывок на ускорении обратно.
У меня за спиной в отсек врывается моя мини-армия и, разбегаясь во все стороны, бежит навстречу местным жильцам. Мой клон принимает на себя мощный удар лапой, и его словно пушинку сносит к стене.
Углир, заметив еще одного меня, только настоящего, широко открыв пасть, начинает визжать. Но все его подчиненные игнорируют его противный визг и полностью поглощены битвой с моими монстрами.
Заметив удивление на его мерзкой морде, я, крутанув клинком, крикнул:
— А вот и не получилось! — Сказав это, я на ускорении бросился к нему.
Углир, не понимая, почему его приказы не работают, завизжал снова. Мой шлем тут же заглушил эту звуковую волну. Я, проносясь мимо, рубанул по его лапе. Тут же мне прилетает удар другой лапой в спину. Активирую щит и гашу удар.
Призываю клона, и мы идем в атаку вдвоем. Словно разделившись на две половинки, мы атакуем огромную тварь с двух сторон. Хранитель теряется, не успевает среагировать и получает одну ужасную рану за другой. Визг повторяется. Но на помощь ему никто так и не пришел.
Он кидается на моего клона, тот избегает атаки, в этот момент я снова атакую раненую лапу, оставляя на ней второй глубокий порез. Углиру приходится, поджимая одну лапу, атаковать челюстями. В этот раз — в мою сторону. Я ухожу от выпада, а мой клон срезает ему ухо начисто.
Таким образом, атакуя поочередно, мы выматываем гигантскую тварь, и с каждой секундой его движения становятся всё медленнее. В конце концов он падает на пол и, хрипя, начинает помирать. Не став мучить полуразумного монстра, я запрыгиваю ему на спину и вгоняю клинок в затылок по самую рукоять.
Моя армия уменьшилась на две трети. Но старательный Ворт уже начал таскать новые зерна и светокри. Глянув на собранную кучку, я лениво махнул рукой — и с улыбкой человека, нашедшего на улице сумку с миллионом синтексов. Я вогнал клинок в бок углеру, и сделал глубокий надрез. Следом сунул туда руку и, нащупав заветный предмет, извлек его наружу.
— М-да, я думал, ты поболее будешь, — посмотрел я на светящуюся белым серебром сферу.
Она была раза в два меньше той, что я достал из паучихи. Я сунул руку в рану еще раз и извлек оттуда еще три белых светокри. «А вот это уже неплохо!» — промелькнула мысль, пока я запечатывал их в имплант.