Под эти мысли Касаткина прошла мимо сестринского поста и кивнула заспанной медсестре. Та при виде научника встрепенулась и встала.
— Вы чего так поздно? — безо всякого приветствия накинулась на Касаткину Лена.
— Не спится.
— И что? — девушка смотрела на Касаткину с вызовом. Ее появление в столь поздний час, да еще и в ее дежурство явно ей не понравилось.
— Вот, — Варвара протянула руку со свертком, — обещала задержанному презент. Исполняю обещание.
Медсестра Лена демонстративно поглядела на настенные часы и перегородила собой проход в изолятор.
— И что, до утра это никак не потерпит? Вы же в курсе, что часы посещения…
— Мне плевать на часы посещения, — холодно оборвала хамку Касаткина. Она терпеть не могла такого к себе отношения. — Вы в курсе распоряжения капитана Кольского. Я имею право работать с задержанным тогда, когда посчитаю нужным. Сегодня мне нужно оценить его когнитивные способности в разных фазах сна.
Медсестра знала о распоряжении начальства, а потому нехотя уступила дорогу. Проводив Касаткину ненавидящим взглядом, она прошипела ей вслед:
— О вашем визите будет доложено начмеду.
— Да хоть президенту докладывайте по дальней связи… — буркнула в ответ Касаткина, даже не оборачиваясь. Блин, понаберут же по объявлению!
Выйдя из этой скромной перепалки явной победительницей, девушка гордо прошествовала к отсеку с изоляторами. Открыла переборку, вошла в хорошо освещенное помещение и первым делом наткнулась на вооруженного матроса из числа охранников, приставленных к задержанному. Матрос, естественно, вовсю дремал, но успел быстро проснуться от звука открывающейся переборки и даже встать по стойке смирно. Убедившись, что к нему пожаловало гражданское лицо, он расслабился и кивком поприветствовал Касаткину. Та тоже кивнула охраннику и спросила, переводя взгляд на дверь одной из палат:
— Спит?
— Вы же сами знаете, — подавляя зевок, ответил матрос, — он никогда не спит.
Варвара кивнула и даже слегка улыбнулась дежурному.
— Ну, ты же понял, о чем я…
— Да понял, понял. Не спит он. Лежит на спине, как всегда. Глаза открыты, как всегда. За последние… — он поглядел на наручные часы, — два часа не двигался.
— Значит, отдыхает. Это мне и нужно было знать, — Касаткина кивнула на электронный замок. — Открывай.
— Простите, — строго ответил матрос, красноречиво покосившись на сверток в руках Касаткиной, — с посторонними предметами не положено.
— Это простой пирог. Кормить же парня не запрещено.
— Все равно не положено! — заупрямился матрос. — Распоряжение…
— Да знаю я все распоряжения. Мне нужно втереться к нему в доверие, я должна его разговорить как-то, раз уж офицерам юстиции не удалось.