После развода. Вернуть истинную — Татьяна Бэк

— Ах ты, подлая распутная девка! Ты опозорила свою семью! Хорошо, что твой отец
не дожил до этого момента! Надо было отдать тебя в приют, а я тебя кормила,
растила, воспитывала как свою родную дочь. Неблагодарная падчерица! —
высокий женский голос, полный недовольства, буквально ввинчивался в голову,
раскалённым шурупом, вызывая нестерпимую боль в висках. Кто она такая,
и почему орёт словно паровозный гудок? И кто та бедолага, на которую
обращено негодование излишне громкой особы? Мне бы открыть глаза и
посмотреть, но веки меня не слушались, да и вообще всё тело казалось чужим,
непривычным и наполненным болью. — Чего разлеглась? Не надо тут обморок
имитировать! — не унималась женщина, а в следующую секунду, кто-то грубо
схватил меня за руку. — Мне больно… — слабо простонала я, и тут же чуть
сама не закричала от испуга. Это ведь не мой голос! С невероятным
трудом я всё же подняла веки и с удивлением уставилась на склонившуюся надо
мной худую женщину с хищным лицом, искажённым злостью. Но меня смутил не
гнев незнакомки, а её шикарное платье и сложная причёска, подходящая для
бала где-нибудь в королевском дворце несколько веков назад. — Кто вы?
Что происходит? Из-за головной боли мне было трудно фокусировать
внимание, перед глазами всё плыло, но я понимала, что нахожусь где угодно,
но не в больнице, где только недавно заступила на дежурство. — Не
прикидывайся, Лора! Вставай! — прошипела женщина, крепко сжимая пальцы на
моём предплечье и стараясь поднять меня. От приступа боли в затылке я
тихо застонала, закусив губу. — Оставьте её! — раздался надо мной
низкий бархатистый мужской голос. От этого тембра и лёгкой хрипотцы по
коже невольно пробежали колкие мурашки. А затем в поле зрения возник и
обладатель шикарного баритона. На секунду я даже забыла про головную боль,
разглядывая невероятного красавца. Очень высокий, с широкими плечами, мощной
грудью и развитой мускулатурой, которую не срывал даже странный военный
китель, наподобие тех, что носили гусары. Чёрные глаза незнакомца
смотрели на меня холодно и оценивающе, но взгляд был такой, что и рентгена
не нужно. Казалось, что он видит меня насквозь. Мужественное лицо с волевым
подбородком, на котором имелась очаровательная ямочка, стало раздражённым,
когда женщина, пытавшаяся меня поднять, вновь открыла рот. Она тут же
отскочила от меня и застыла в глубоком реверансе, склонив голову перед
мужчиной. — Господин Сивер, эта девчонка притворяется! — всё же не
удержалась она от комментария и тут же получила такой огненный тяжёлый
взгляд, что можно было сгореть дотла под ним. — Ты сильно ударилась? —
спросил незнакомец, опускаясь рядом со мной. — Сколько пальцев видишь? Перед
моими глазами оказалась одновременно сильная и невероятно элегантная кисть с
длинными пальцами, которые бывают у гениальных музыкантов и у хирургов от
бога. — Два… — произнесла, больше глазея на красавца, нежели на его
руку. — Вот и молодец! Возможно, у тебя лёгкое сотрясение. Я прикажу,
чтобы тебя доставили в твой дом! В целом, я была согласна с
поставленным диагнозом. Но даже сотрясение не объясняло того, что странным
образом нахожусь словно на съёмках исторического фильма, а ещё и говорю не
своим голосом. — Господин Сивер, но вы же только что взяли Лору в жёны.
Теперь её дом в вашем замке! — не унималась неприятная женщина. Я с
трудом понимала, что происходит… О каком замужестве идёт речь? О каком
замке? — Леди Катарина, вы знаете, что наша свадьба с вашей падчерицей
была заключена с целью передачи её магии мне? Но Лора уже отдала свою честь
и дар какому-то другому мужчине. На основании этого я имею право расторгнуть
брак немедленно! Ритуал единения не произошёл, поэтому эта девушка будет
отвергнутой. Мужчина провёл ладонью над моей шеей, не касаясь, и я
вдруг ощутила, что кожу обжигает, будто на неё вылили раскалённый металл.