Глава 1
С трудом разлепляю веки.
Голова раскалывается.
Кто знает, что такое мигрень — меня поймет.
Это то состояние, когда не хочется жить. Совсем. Хочется выпить яду.
Резкий белый свет добавляет боли.
Словно точный удар в висок.
Господи, да что со мной? Вроде бы не время для мигрени. Тем более похмелья.
Я вчера ничего не пила. Я вообще почти не пью.
Стоп, а где я?
В мутной ауре мигрени пытаюсь разглядеть то, что меня окружает.
Это не моя квартира. Однозначно.
Это помещение похоже на больницу.
Какая-то клиника?
И почему я тут?
Что произошло?
Я заболела? Где я?
— О, оклемалась, болезная!
Передо мной вырастает силуэт.
— Что? Головка «бо-бо»? Знамо дело… Ничего, сейчас ледяной душ, приведут в чувство, потом
работать заставят, будешь как новенькая.
Я с трудом разбираю слова.
Почему она говорит про ледяной душ? Что случилось? Что со мной?
И… где я?
Этот вопрос я, видимо, задаю вслух, потому что мне отвечают:
— Где, где… в рехабе, красавица.
Где?
Слово рехаб отзывается в памяти чем-то странным. Неприятным.
Рехаб.
Это же место для реабилитации? И попадают туда люди с зависимостью, так?
Но… у меня же нет никакой зависимости? Я… я нормальный человек!
В памяти всплывает перекошенное лицо мужа.
— Что, уродина, думала меня переиграть? Нет, дорогая, не выйдет! Переиграл тебя я.
Господи, Коля…
Проваливаюсь в беспамятство и прихожу в себя, вопя от ужаса, потому что на меня
выплескивают ведро ледяной воды.
— Встать, сука! Как жрать и употреблять, так мы здоровые, а как лечиться — больные? Встать,
я сказала!
Кто-то хватает меня за волосы, стаскивая с койки, у меня нет сил сопротивляться, меня
мутит, я чувствую, что вот-вот вырвет… Из горла вырывается стон, меня швыряют на пол, и тут
же я получаю ощутимый пинок ногой в бок, кричу, меня опять бьют, и еще, и еще.
Я в шоке.
В ужасе.
Пытаюсь прикрывать голову, лицо, но удары сыплются как из пулемета.
Господи, что это, что?
Меня рвет прямо на пол… На моих руках кровь.
И снова ледяная вода, которая, как ни странно, реально приводит в чувство, хотя я почти
захлебываюсь ею.
Удары прекращаются.
— Смотри сюда, мразь…
Это… это мне?
Поднимаю лицо. Всё как в тумане.
Вокруг какие-то люди. Или нелюди. Потому что разве люди могут вот так бить ни в чем не
повинного человека?
— Что? Хорошо тебе, сука?
Один силуэт наступает, оказывается впереди всех.