То-то Ивашкины удивятся, когда я отгружу им целый пакет денег.
Второй и финальный день нашей распродажи подходил к концу. Сегодня мы все встали спозаранку и ещё до полуночи успели обкатать всю Москву и область. Устали, как черти, зато торговать теперь, по сути, было нечем. Художники скинули нам наличку с последней линии и отправились на заслуженный отдых.
Ну а я сейчас сидел в окружении семьи и считал выручку. Долго уже сидел. Очень долго. Аж подушечки пальцев начали чернеть от грязи.
— Семьсот тысяч триста, — наконец у меня в руках осталась последняя банкнота. — Семьсот тысяч четыреста, — заключил я. — Ну что, ребят? Ура?
— Ура! — первой, конечно же, отозвалась Шиза.
— Ура, Ярик, ура, — с непривычки замученная работой Сонька похлопала меня по плечу. — Можно я теперь спать пойду?
— Иди, конечно.
А у меня на сегодня осталось последнее дело. Я взял телефон, набрал Игната Ивашкина и подтвердил завтрашнюю встречу. Ну вот и всё. Теперь дело осталось за малым. Просто пережить завтрашний день…
Про петлю
Утро началось не с кофе. Проснулся я от того, что меня трясли за ногу.
— Ярик, вставай. Помощь нужна.
Открыв глаза, первым делом я увидел батю с перфоратором в руках, а вторым делом Лёху с каким-то альпинистским снаряжением. Моток каната, карабины, крюки…
— А что здесь, собственно говоря, происходит? — спросил я.
Я спросил, а мне ответили, — так ведь и происходит общение, верно? Короче говоря, за всей вчерашней беготнёй я как-то совсем позабыл про новый дар Лёхи. А с Лёхой тем временем происходили настоящие чудеса.
После первого же своего превращения в оборотня и обратно, он впервые за много лет почувствовал палец ноги. Сначала Лёха не поверил себе и подумал, что ему просто показалось, но нет. Не знаю, как это работает, но пребывание в зверином обличье запустило регенерацию человеческого тела Лёхи.
Так что как только магическая способность откатывалась, брательник тут же спешил уединиться и побыть оборотнем. Кстати! По его словам, кулдаун составлял около четырёх часов. Как по мне, для начала прекрасно.
Так вот.
Сначала Лёха почувствовал один палец, затем второй, затем сразу же все. За простым «ощущением» пришла чесотка и чувствительность к боли, ну а сегодня он уже вовсю шевелил большим пальцем левой ноги, — первым из тех, что начал его слушаться.
— И вот я, короче, хочу сделать себе что-то типа тренажёра, — чуть не захлёбываясь от восторга, вещал Лёха. — На стену облокачиваться пока страшно. Ну… Мало ли упаду, ещё раз поломаюсь? А так за трос взялся, подтянулся и стою, сколько получится, ноги тренирую. Прикольно же?