Тут я, оторвавшись от созерцания звездных далей, заметил мигающую пиктограмму входящего сообщения. Раскрыв его, увидел запрос на подключение к сети группы и приглашение в командный чат. Быстро разобравшись с интерфейсом, с удивлением обнаружил там несколько групп. Подцепившись в группу к девчонкам, выслушал их едкие комментарии по поводу своего интеллекта. Оказывается, народ давно уже во всю точит лясы, один я не при деле. Почему-то мне казалось, что при разговоре в скафе, снаружи будет слышен хотя бы бубнеж. Оказывается нет. У военных скафов присутствует система шумоподавления и, хоть закричись внутри, снаружи будет тишина. За болтовней, время полетело заметно быстрее.
Разговоры стали стихать, когда стал отчетливо различим первый уже ободранный до нитки остов корабля с кучей разнокалиберного мусора, плавающего вокруг. Пытался он покинуть поле боя или получил повреждения не совместимые с жизнью перед его началом было не понятно. Сейчас же бедолага как пограничный столб обозначал границу, за которой для нас начинался клондайк. Буквально полчаса и количество летающего вокруг техногенного мусора заметно увеличилось. Хотя больше так близко к крупным остаткам кораблей мы не подлетали.
Еще через минут двадцать, Юки стала, периодически прикрываясь скоплениями обломков, притормаживать короткими импульсами. Прямо по курсу стала вырастать частично развороченная громадина, в которой, благодаря просмотренным базам, угадывался Кадарский линейный крейсер проекта ЛК-43–05. Еще несколько экстренных торможений окончательно погасили скорость, и мы, практически не маневрируя, влетели во внезапно открывшиеся перед ботом створки ангара. Судя по отсутствию реакции у остальных членов экипажа, они к этому были готовы, а значит все прошло штатно. Лишь у меня возникла масса вопросов. Выведя на забрало схему корабля, пытался понять, в какой ангар мы в итоге прибыли? Еще интересно, кто нам его открыл? Во время полета я представлял себе различные варианты проникновения на борт боевого корабля. Но, чтобы все получилось так просто, это был перебор.
От размышлений меня отвлекло обращение Кэпа. Он поздравив всех с прибытием на место и начал раздавать персональные указания. Бот уже надежно зацепился гравизахватами в ангаре, и народ деловито забегал, выгружая все из судна. Нам с Урмой, естественно досталась распаковка всех дроидов, кроме боевых. Их выгнали первыми, без нашей помощи. Дождавшись, когда народ свалит подальше, запустили и вывели из транспортировочного контейнера дроида-погрузчика. Прикинув диспозицию, дали ему задание таскать остальные контейнеры в обозначенный угол. Напоследок он должен был утащить свой, пустой. Нам было необходимо максимально освободить трюм для перевозки добычи на корабль.