Шаги позади меня были бесшумными, но я почувствовала его приближение — изменение давления, тот самый запах силы. Он остановился рядом, тоже опершись на парапет. Мы молчали, слушая ночь.
— Отбор продолжается, — наконец произнёс он. Его голос был тихим, без отзвука власти, каким он был в святилище или вчера в моих покоях. — Формальности должны быть соблюдены. Но игра изменилась. Они увидели нас вместе. Поняли, где моя воля. Теперь настоящая битва начинается. Не с ядами и кинжалами. С влиянием. С политикой. С попытками разъединить то, что мы сегодня показали.
Он повернул голову, и лунный свет упал на его профиль, делая его одновременно прекрасным и пугающим. — Готовы ли вы, Аделина, быть не только Хранительницей Пробуждённого Пламени? Готовы ли вы быть факелом, который осветит путь этой империи — куда бы он ни вёл? Даже если этот путь будет опасным? Даже если он потребует от вас больше, чем вы готовы отдать?
Я смотрела на него, а потом на дворец — этот гигантский, прекрасный, ядовитый лабиринт, который стал моим домом. Я думала о пустыне, о раскопках, о предательстве, которое привело меня сюда. О Мирэн и Гарете. О Сальтаре. О Лили. О силе, которая теперь жила во мне и была частью этого мира. И о нём. О драконе, который вместо того, чтобы сжечь аномалию, дал ей новый титул, защиту и… шанс.
Я больше не хотела просто выживать. Не хотела просто вернуться. Здесь, в этом безумном мире, у меня появилось нечто, за что стоило бороться. Долг. Сила. Друзья. И… возможно, нечто большее, что только начинало прорастать между нами, как первый росток сквозь камни.
Я повернулась к нему, и лунный свет зажёг золотые искры в моих волосах.
— Я готова, — сказала я твёрдо, и в моём голосе не было ни тени сомнения. — Ведь со мной теперь вся сила феникса.
Он смотрел на меня долгим, пронизывающим взглядом. Потом его губы тронула едва заметная, настоящая улыбка. Он медленно опустил свою руку и накрыл мою, лежащую на холодном камне парапета. Его ладонь была большой, тёплой. Это был не любовный жест. Это было скрепление договора. Обещание поддержки. И намёк… на возможность чего-то гораздо большего, когда придёт время.
— Тогда начнём, — просто сказал он.
Мы стояли так, рука в руке, два сияющих силуэта на фоне ночи, наблюдая за спящей империей.