— А при чём здесь охранник? — моментально насторожился князь. — Ты же не хочешь сказать, что уже что-то почувствовал?
— Да что здесь чувствовать? — поморщился Суворов. — У него до сих пор мозги на место не стали. Судя по его ауре, с момента последнего взаимодействия с менталистом прошло не больше двух суток. И этот эффект ещё столько же продержится. Рассказывай, что за самородок у вас здесь завёлся в этой глуши? Не томи, Захар.
На рассказ ушло не меньше часа.
Начав с того самого происшествия в поместье у Филина, Полозов подробно рассказал и о девушке, и о убийстве владельца «Орхидеи», и о воздействии на одного из сотрудников жандармерии, и о том самом найденном Сазонове, с напрочь свёрнутыми набекрень мозгами.
По мере рассказа, лицо Суворова со скептического и ленивого постепенно преобразовывалось в заинтересованное. Полозов очень хорошо знал своего друга, чтобы утверждать с твёрдой уверенностью, что после его рассказа, Суворова отсюда и палкой не выгонишь, пока он не разыщет этого самого менталиста. И граф мог сейчас говорить что угодно — Полозов бы уже ему не поверил.
— Когда я могу увидеть этого Сазонова?
— Как скажешь, так и поедем, — пожал плечами Полозов. — Здесь всё равно пока зацепок нет.
— Да что ты говоришь? — с интересом глянул на него Суворов. — Видимо, ты совсем старый стал, Захар. И я не знаю, со слухом у тебя проблемы, или ты просто перестал слушать друга.
— Я очень тебя прошу, Вася, перестань говорить загадками. Мне их хватило за последние несколько суток — во, — Полозов раздражённо чиркнул себя пальцами по шее. — Веришь?
— Двое суток после воздействия менталиста, — терпеливо, словно маленькому ребёнку, повторил Суворов. — И продержится еще около двух суток. Понимаешь?
— Не продержится, — возмутился князь. — Это бывает, если менталист и его жертва находятся в непосредственной близости. И… — Захар Петрович поражённо замер. — Стоп, ты хочешь сказать, что она где-то рядом?
— А я откуда знаю? — удивился граф. — Может быть рядом, может была здесь совсем недавно. Я не пророк, таких вещей знать не могу. Но то, что была — совершенно точно.
В минуты сильного волнения с Полозова слетала вся его напускная вальяжность и рассудительность, полностью обнажая неуёмную пытливую натуру сыщика. Суворов уже наблюдал такое не раз и не два. Вот и сейчас, вскочив со своего места, Полозов принялся расхаживать по маленькой комнате, беззвучно шевеля губами.
Несмотря на всклокоченный вид, в подобные моменты князь не был склонен к необдуманным поступкам. Наоборот, его мозг цепко фиксировал все нестыковки, складывая разрозненные кусочки мозаики в стройную картину. Но, чёрт возьми, было слишком мало вводных.