Мой обычный рабочий день подходил к концу, я выполнил все свои обязанности и вполуха слушал на заднем фоне привычное брюзжание старой Велии. Сегодня у нас доставок не было, и я уже собирался пойти домой, когда в лавку ворвался ураганом запыхавшийся Ник, принеся первые тревожные новости.
— Дарий, ты должен пойти со мной, меня Старейшина послал.
— Что случилось?
— Лилу заболела, она вся горячая, у нее понос и лихорадка… И ее постоянно рвет, — выпалил Ник задыхаясь. — Она плохо выглядит, очень плохо.
Лилу была симпатичной девушкой, стройной как тростинка, аккуратной и скромной, и она нравилась Нику. Я попрощался с травницей и мы поспешили в трущобы.
Девушку терзали сильные боли в животе. Она скорчилась от боли, волосы ее были мокрыми от пота ее постоянно выгибало, она то сворачивалась клубком, держась за живот, то выпрямлялась, выгнув спину в конвульсиях и раскинув руки и пытаясь схватить что-нибудь на полу, а ногами отталкивая невидимую преграду, как будто мешавшее ей одеяло сбилось в кучу и она ногами его отпихивает подальше от себя. Температура у девушки была очень высокой, она вся горела, кожа была скользкой от едкого пота. Ее губы посинели, были впалые мешки под глазами, ее также мучили рвота и понос, и в комнатушке стояла такая жуткая вонь, что ее родители и сестра старались дышать через платок. Ее родители разумеется, пытались помочь своей дочери, но были бессильны, их охватило отчаяние. Отец стоял молча, смотря как мучается его дочь, и кусал ногти от бессилия. Мать пыталась бороться за жизнь девочки так как могла, заботливо вытирая ей лицо мокрым полотенцем. Они были так подавлены и испуганы, так что соблюдение приличий отошло на второй план, и они позволили мне осмотреть девушку в тонкой ночной рубашке промокшей от пота, совсем не скрывавшей ее стройное юное тело от взгляда постороннего человека, рубашка съехала набок обнажая ее плечи и значительную часть небольшой груди. Ее младшая сестра в ужасе забилась в угол хижины, ее хорошенькое лицо было искажено, девушка находилась в дебрях ее темного липкого страха, Она инстинктивно чувствовала, что близкий ей человек страдает не от случайной болезни. Я прощупал живот девушки, там отчётливо чувствовалась жидкость.
— Как давно это началось?
— Два дня назад, — ответила мать вытирая слезы. В ее глазах было отчаяние.
— Мы думали, что она что-то съела и отравилась. Но ей все хуже.
Я знал одну болезнь, точно попадающую под все симптомы, которые были у девушки, и меня это не обрадовало.
В переполненный город пришла Холера.