— Переборщил я чутка, сам вижу, — перекинув травинку на другую сторону, выдохнул смрад мне прямо в лицо мужчина. – Да тока все равно пора тебе уже оклематься.
— Воды, — выдохнула осипшим, пересохшим горлом. – Пить… хочу пить.
— Да ты вообще ополоумела? – вскочил незнакомец на ноги и пнул меня от души по ребрам. От боли едва снова не отключилась. – Ты ж не думаешь, выродина, что я тебе подносить теперь стану? Ну-ка подымайся и живо за работу! Раз не сдохла, значит и воды себе сама наберешь!
Снова пришлось дышать коротко и быстро. Что за козел только что приходил? От боли немного звенело в ушах, шагов не слышала, но мне кажется, он ушел. Нужно отсюда убираться! Уверена, следующий его визит ничего хорошего мне не принесет. Только вот осуществить задуманное оказалось не так-то просто. Пришлось изо всех сил сцепить зубы, чтобы постараться подняться. Боль по спине полоснула адская. Не выдержав, закричала и снова рухнула на землю. От удара о землю еще и ребра заныли сильнее. Ускользающее сознание удалось удержать просто неимоверным усилием. А еще я заметила, что будто стала меньше ростом и… легче, что ли.
Все же вытянула перед собой руку и вгляделась в незнакомую конечность. Пошевелила тонкими пальцами с грязными обломанными ногтями, поднесла ее к самому лицу, силясь понять, что же не так. Откуда эта рука, совершенно не похожая на мою? К тому же, явно детская, ну или подростковая. Дотянулась до лица, осторожно коснулась разбитых губ, опухших век, длинных спутанных волос… Длинных? Снова принялась ощупывать голову. Волосы раньше были забраны в пучок, но теперь растрепались и часть из них выпала из прически. И да, они длинные. Потянула одну прядь, вытягивая максимально. Длинная, светлая прядь.
Господи, прости! Или я рехнулась совсем или и правда в медикаментозном сне? Даже не знаю, какой вариант предпочтительнее. Опустила устало голову на колючую импровизированную подстилку, пахнущую довольно пряно, и закрыла глаза.
Начать с того, что я последние лет двадцать крашу волосы в цвет воронова крыла – иссиня-черный, а лет пять назад Демид – мой куафер, как он сам просит себя называть предложил мне остричь мои кудри и сделать каре. Так волосы легче выпрямлять и укладывать. Сама я этим не занималась, но то, что на мою прическу у Демида стало уходить на порядок меньше времени оценила. Время – то, чего постоянно не хватает. Итак приходится ежедневный марафет совмещать с телефонными переговорами или даже селекторными совещаниями без видео. А теперь у меня на голове откуда-то светлая шевелюра длиной по пояс, как бы не больше.
Что последнее я помню? Отчетливо помню Валишера, с которым ругалась на стройке. Помню Артема, навязчиво сующего мне каску. Помню крик сверху, что-то вроде поберегись, или отойди. Помню блок, летящий прямо на меня. Что это мне дает? А дает мне это знание, что я, скорее всего, получила гипсовым блоком по голове и валяюсь сейчас в отключке. А все эти вот видения – не что иное, как выверты сознания. Точно! Наверняка, я просто в коме! Медикаментозный сон, призванный помочь организму справиться. Так и не буду ему мешать, сон, значит, сон. Снова закрыла глаза, стараясь отрешиться от жуткой боли в спине. Не сразу, но все же снова заснула.