Аскод Гворф остановился и возмущенно всплеснул руками.
— Может, ты плохо понимаешь меня? Мне спросить тебя на имперском? Или попросить моих спутников, — он кивнул на чернобурочников, — поспрашивать тебя? — вдруг сказал Хоар на имперском. В его голосе звучали злость и угроза.
Ултер заметил, что безучастный Хродвиг, сидевший чуть поодаль от всех, открыл глаза. А музыкант перестал метаться и присел обратно на камень, сидя на котором играл для своих пчел совсем недавно.
— Не нужно на имперском, — тихо ответил он на дорча. — Я же сказал тебе, что не видел, что произошло той ночью. Было темно, луны почти не видно из-за облаков…
— Допустим, — кивнул головой Хоар, обрадованный, что хоть что-то полезное для себя услышал от странного чужака. — Но почему Джогу-Вара напал на твоих обидчиков, ты мне можешь объяснить? Почему он не тронул тебя?
— Потому что мы друзья, — еще тише ответил Аскод Гворф.
«И я тоже! Мы с ним тоже друзья!» — хотел закричать Ултер, но новая тайна не дала это сделать. Да и не рассказывать же, как он оказался на опушке?
— И как вы подружились? — спросил Хоар.
— Я же рассказывал про мед, который течет по скале и капает в ручей… — Хоар возмущенно рыкнул, но Аскод поднял руку и продолжил: — На той скале, рядом с ручьем, лежал израненный Джогу-Вара, а его кровь, не смешиваясь с медом, капала в ручей. Неподалеку валялся огромный мертвый горный лев со сломанным хребтом. Джогу-Вара был так слаб, что мог только скулить, столько из него вылилось крови. Я обмыл его, зашил раны и замазал медом. Месяц я врачевал его и кормил медом, орехами и рыбой. Мед с тех пор он на дух не переносит, — заулыбался воспоминаниям Аскод. — А потом настала зима, и мы едва успели укрыться в его пещере. Он окреп и охотился, делясь со мной пищей. Я отучил его бояться огня. Мы стали друзьями, — закончил короткий рассказ странный имперец.
— И где его пещера? — спросил Хоар.
Аскод Гворф помолчал. Потом поднял с земли палочку, начертил ею что-то на земле. А потом встал с камня, распрямил плечи и скрестил руки на груди.
— Я не скажу тебе! Не могу сказать.
Теперь молчал уже Хоар. Потом он решился и дал знак чернобурочникам. Те схватили Аскода, завернув ему руки за спину.
— В Ойдете слишком много семей лишились кормильцев, имперец. Потому мне нужен ответ, чужак. И я его получу.
Хоар достал кинжал.
— Стойте! — крикнул Ули и бросился к Хоару. — Я покажу, где пастухи! Я знаю, я их видел!
— Откуда ты мог их видеть? — Хоар обернулся ему навстречу. Но убирать кинжал он и не подумал. Лицо его раскраснелось.
Ули остановился как вкопанный. И тихо сказал, пряча глаза: