В падении убийца подростка успел сгруппироваться, но я уже оказался рядом с ним и подправил траекторию точным ударом по лодыжке сзади — все, теперь бандит растянулся на полу. Дальше всем весом локтем в основание черепа. Раздался глухой хруст, бандит замер и обмяк. Резкая боль: не рассчитал, запредельная нагрузка для моего столь неожиданно обретенного тела! Но я добился своего: объект надежно обездвижен… кажется. Нет, точно: пальцы бандита на рукояти сабли ослабли, теперь ее легко выхватить. Хорошо, а то на меня уже бежит второй. Молодец, что сам, а то лови его по всему залу.
Проверенного боем медведя я швырнул следующей цели в лицо, а сам прыгнул следом. Опять же, глядя на его движения, я точно знал, что он отвлечется и не сможет проследить за мной глазами. Не знаю, сколько схваток за моей спиной, но счет давно перевалил за былинные десять тысяч.
Двумя кулаками в солнечное сплетение, максимум напора — хватит? Хватило, мужик согнулся. Теперь шаг назад, быстро, еще быстрее, забрать у первого трупа кривую саблю, полоснуть второго по горлу. Успел.
Теперь третий.
При таком росте, как теперь у меня, невозможно соблюдать правило «выше пояса», даже будь у меня такие намерения. Нападающий попытался закрыться — но явно не ожидал, что я смогу взломать его оборону, да еще держа слишком тяжелую для меня саблю двумя руками. Я резко дернул саблю выше, с прицелом на бедренную артерию — попал. Кровь хлестнула фонтаном, забрызгивая и меня, и все вокруг. Не жилец и не боец.
Четвертый и пятый, ау, где же вы?
Прямо тут — и решили напасть на меня вместе. Ай да вы ж мои молодцы, сколько заботы о ребенке! Облегчаете мне работу.
Мне не удалось ловким маневром между ними столкнуть их лоб в лоб — счастье было так близко, но ребята умудрились разминуться! Хорошо сработались. Зато я подрезал одного под коленом и, когда он упал, поймал его голову в захват и дернул со всем напряжением сил — получится сломать? Должно получиться! Судя по сложению, он тоже не совсем взрослый, скорее, старший подросток, мышечный корсет не так хорошо развит.
Вышло, хотя едва-едва: немедленно заныли и задрожали руки, нагрузка для них явно чересчур. Второй, дезориентированный моей пропажей прямо у него из-под носа, все пропустил, разъяренно озираясь.
— Может, сбежишь? — ласково спросил я.
Голосок у меня был под стать телу: тонкий и писклявый.
Но бандит не внял ни моему голосу, ни голосу разума. Опять попер на меня. Боевой мишка, которого я все еще держал в руке, пригодился снова: я опять швырнул его мужику в лицо. Близкий повтор, Марь Иванна подчеркнула бы красным, но что делать? Красиво драться будем чуть потом, пока выжить бы.