Поверенный принес брачный договор, но мне его даже не показали. Пока дядя не подписал, настаивает на нормальном сроке помолвки. Жених согласен только на две недели, вот тетка и засуетилась с платьем.
Спасибо ей, конечно, но на мой взгляд, это все зря. В смысле, не для меня делается.
Просто ей стыдно будет перед людьми меня отпустить с моими монастырскими платьями. Там есть светло-серое, просто серое и черное, фасона «мешок с рукавами». Зато ткань крепкая и теплая. В пансионе к ним полагалась белая пелеринка с черной окантовкой и полукруглый платок с жесткой вставочкой-ободком. А для работы фартук. Еще у меня есть белье, две полотняные сорочки, чулки и башмаки. Вот и все мое богатство. Ни палантинов, ни сумочек, ни шляпок.
Поместье я продавать не хочу, на расспросы тетки делала непонимающий вид и глупо хлопала глазами. И доверенность не оформляла, не потому, что такая хитрая, а потому, что дядя в силу лени не дошел до нотариуса. Тетка, скорее всего, просто забыла, понадеявшись на супруга.
Нейл-Касл единственное, что у меня есть! Там мои родители похоронены. Больше всего я хочу видеть поместье процветающим и доходным. И я смогу это сделать! Меня в монастыре многому научили, да и в теткином доме было, что полезного усвоить. Главное, чтоб расходы не превышали двух третей дохода. Разумное планирование и поиск новых источников дохода.
В Нейл-Касле такие сады! Варенье, конфитюр, повидло, сушеные смеси на компот, яблочный сидр… Еще можно развести породистых молочных коз, молоко и шерсть всем нужны. Я вспомнила о сгоревшей конюшне и приуныла. По отчетам управляющего, там и крыша провалилась, и стены обрушились и постоянно нужно производить ремонт. Дом, где не живут, быстро разрушается. Там и слуг не осталось, только старый привратник живет в сторожке.
Сам управляющий живет в деревне Нейл-Аус, так удобнее ему и арендаторам. Не больно-то много желающих поселиться в нашем захолустье. Хотя у нас и леса хорошие, и земля плодородная.
– Дженни, ты счастливица! – в комнату влетела Кристина. Глаза ее горели, как у кошки. Она жадно уставилась на корзинку с лентами и тесьмой. – Замуж выходишь!
– Криси, ты романов начиталась, – хмыкнула я. – Что хорошего?
– А что плохого? Разве папа с мамой плохо живут? – девочка укоризненно на меня посмотрела, оторвавшись на миг от созерцания швейных богатств.
– Криси, донна Дорина с твоим папой соседями были и друг друга с детства знали, напомнила я часть семейной истории баронов Сандлер.
– Пф-ф! И что, если незнакомый? Так даже интереснее!
– Угу, снимаешь ты свадебную вуаль. А там старый, толстый, хромой, плешивый… и уже твой муж!