— Марк сегодня придет к нам на ужин, — добавляет отец, ставя меня перед фактом и наградив при этом многозначительным взглядом. — Прошу, дай ему шанс. Потому что иначе, жизнь, которая нас всех ждет, тебе точно будет не по душе.
Тяжелой походкой медленно поднимаюсь наверх, падаю на свою кровать и смотрю в потолок на невидимую точку, о которую ударяются все мои мысли. Не хочу, чтобы моим первым мужчиной стал этот хам с крысиными глазами и ехидной улыбкой. Не хочу, чтобы меня касались его руки. Однажды он уже пытался… воспоминания о той вечеринке в День Святого Валентина до сих пор вызывают у меня спазмы тошноты. В ответ на домогательства этого пьяного ублюдка я с изяществом танцовщицы ударила его коленом в пах, у меня сильные ноги, натренированные, ему, видимо, было больно. И уже тогда он прошипел мне в лицо что-то жутко-мерзопакостное. Поэтому сегодня у него, пожалуй, будет вечер триумфа… Нет, я не смогу даже за все сокровища мира, пусть даже придется пожертвовать моими любимыми танцами. Только не Марк.
Прихорашиваться ради него не стала, так и вышла к столу в спортивном костюме, сразу поймав упрек в глазах матери. Мой «жених» окинул меня взглядом покупателя:
— Надеюсь, ты все еще девственница? — вот так, без элементарного приветствия и намека на воспитанность, пожалуй, именно это мама называет «специфическим чувством юмора».
— А что от этого будет зависеть размер инвестиции? — вызывающе вскидываю голову, глядя на него с отвращением. Я не дам ему ни единого шанса, лучше буду голодать.
— Ева, — дергает меня мама. — Кто хочет попробовать мясного рулета?
Марк не сводит с меня глаз, он явно пришел насладиться местью, а не рулет жрать. Игнорируя вопросы хозяйки дома, выставляет свои условия. Слова вроде выстрелы, по крайней мере для меня:
— Мы поженимся завтра. Зачем откладывать неизбежное. Никакой пышной свадьбы, чтобы деньги на ветер не выбрасывать, только официальная роспись, чтобы все было законно. И тогда, обещаю, все останутся довольны, вы с моей помощью удержите свой бизнес на плаву, а я буду наслаждаться компанией моей прекрасной жены, мы очень постараемся подарить вам внуков как можно быстрее. Правда, Ева? — Марк перекатывает издевательскую улыбку на своих тонких губах. — Светлана, Роман, можете оставить меня с вашей дочерью наедине? Ненадолго. Хочу пошептаться с этой красавицей без свидетелей.
Родители послушно встают со своих мест, оставляя меня лицом к лицу с этим монстром. Хочется вонзить ему вилку в глаз, но я сижу не шелохнувшись, ровно выпрямив спину.