Через три месяца таких тренировок до упаду он научился сражаться с закрытыми глазами так, будто у него не было повязки на глазах. Отражал все атаки и контратаковал. Но вскоре наметилась проблема. Выносливость и скорость восстановления Жан-Поля превосходили таковые у десятника. Эльфа хватало максимум на половину дня тренировки, после чего ему требовалось лечение зельями и отдых. К тому же, его навыки фехтования сильно уступали умению бывшего гладиатора.
Тогда Жан-Поль нанял ещё двоих эльфов из бывших солдат. Но через месяц он к обеду загонял всю троицу.
В итоге он нанял ещё семерых бывших солдат. Жан-Поль пытался сражаться с ними со всеми одновременно, но вполне закономерно, что он в первое время сильно отхватывал от них. Десяток солдат, которые девствуют слажено — это совсем иной уровень. Их этому учили. Они грамотно пользовались тактическим преимуществом и полным набором оружия: щитами, дротиками, копьями, мечами и ножами. В целях безопасности всё оружие было учебным, но и оно оставляло у человека столько синяков, что ему требовалось время на восстановление.
Лишь через несколько месяцев Кац научился уклоняться от всех атак, поражая до глубины души своими навыками бывших солдат. Человек без доспехов с одним мечом и с завязанными плотной тканью глазами ужом крутился на поляне. Он уклонялся от всех дротиков, отражал все атаки и одного за другим выбивал бронированных воинов из плотного строя. В итоге он не получил ни одной травмы, а все его соперники оказались повержены.
На этом Жан-Поль распрощался с наёмниками. Большего от них невозможно было добиться, а денег на них пришлось потратить весьма прилично — пятьдесят тысяч сестерциев.
До начала каникул и следующего ритуала оставалось время. Жан-Поль решил его потратить с пользой.
Следующим он приобрёл на рынке годовалого мурка. Стоил такой подросший котёнок как обычный единорог, то есть пять тысяч сестерциев.
Первую неделю приходилось держать в доме закрытыми двери и окна, чтобы мурк привык к новой жилплощади и не сбежал. Лишь когда он прижился, Кац стал его выпускать на прогулки. Мурк исправно возвращался домой. Он пытался залезть в постель нового хозяина, но тот его не пускал.
Француз опасался того, что животное не переживёт ритуала. Из-за этого старался к нему не привязываться.
Как только мурк обжился, Жан-Поль продолжил тренировать предвидение опасности, которое давало сбой лишь на мурке. Тот всегда умудрялся неожиданно подкрадываться к человеку.
Землянин начал посещать дорогое элитное заведение в центре города, которое принадлежало аристократу из высшего общества — смесь борделя и казино. На первом этаже располагались элитный ресторан и зал с азартными играми, а на втором и третьем этажах комнаты с жрицами любви, услуги которых стоили недешево. Чистые и ухоженные девушки с хорошими манерами разительно отличались от уличных жриц любви. Разница была такой же, как между бродячей шавкой и хозяйской породистой собакой.