Действительно, улыбка сошла с лица сутулого. Он отпрянул от меня и замер, словно вслушиваясь или вглядываясь во что-то невидимое. Ари вокруг зашевелились, потянули с плеч оружие, залязгали затворами. Неуловимое движение — в руках сутулого пистолет.
Я улыбался, глядя в черную дырку направленного на меня ствола.
— Обкакался дядя? Бывает… Хер тебе, по всей роже, а не Аленка!
— Подставили тебя парень! — лицо сутулого исказилось от ненависти. — Крепко подставили! Все-таки, обложили, с-суки!
Три выстрела почти слились в один. Небо́льные толчки в грудь. Щепки из спинки кресла, от прошедших навылет пуль. Мир перевернулся — это опрокинувшись, кувыркнулось кресло, и я вместе с ним. Несколько секунд лежал, недоуменно хлопая глазами, не понимая, что случилось. По груди быстро растекалось, что-то теплое. Пошевелился, за спиной тоже хлюпало и было горячо. Ба!.. да это же моя кровь… как же ее много… А внутри, напротив, холодно… Это я умираю, кажется… Странно, почему-то совершенно не страшно… Наверное, просто больше не осталось сил… Ни на что больше нет сил…
Сорванная с косяка, с треском влетела в комнату входная дверь, сшибив по дороге зазевавшегося ари. Взорвалось, брызнув стеклами, окно, секунду спустя второе… Стол перевернулся. Стоявший на нем пулемет, отлетел на середину комнаты.
Ответная реакция последовала незамедлительно. Тесное помещение наполнилось оглушительным грохотом и пороховым дымом. Ари моментально рассыпавшись по комнатам и кто, стоя, от живота, кто, припав на одно колено, хлестали длинными очередями в дверные и оконные проемы. Плотность воздуха казалось, возросла от нашпиговавших его пуль. К автоматной трескотне добавился басовитый рокот пулемета. Крупнокалиберные пули, прошивали тонкие брусчатые стены дома словно бумагу. Летели щепки из косяков и рам. Во дворе, как скошенные падали чахлые ранеты, подпрыгивали отстрелянные ветки кустарников смородины и крыжовника, вдребезги разлетался штакетник, разваливаясь, взлетела в воздух пустая собачья конура. Казалось, ничто живое не сможет уцелеть в этом огненном шквале.
Внезапно стрельба стихла. Одновременно, разом! Последовавшую за этим, оглушительную, тишину нарушал только тихий звон пустых гильз, все еще прыгающих по полу. Несколько секунд заминки, задзынкали вырываемые чеки и из двери и окон, наружу полетели гранаты. Ари приникли к стенам, залегли. В следующий момент, дом затрясся от череды близких взрывов. Казалось, что он вот-вот, не выдержав, развалится по доскам. И снова несколько секунд тишины, лишь треск перезаряжаемых магазинов. Через многочисленные дыры в стенах, пространство комнаты пронизали солнечные лучи, ясно видные в пороховом дыму.