В шлюзе с боксами царил полный хаос. Два инженерных дроида, какие-то запчасти, три бокса, большие контейнеры — все это было свалено в одну кучу, напоминавшую заграждение. Похоже, люди в отчаянии строили баррикады из всего, что хоть как-то могло защитить их от… от чего? Или от кого? Последняя попытка спасения, кажется, провалилась.
На полу рядом с кучей барахла валялся старенький дробовик, а под ногами перекатывались пустые гильзы. Следы от дроби почему-то в основном остались на полу.
— Окей, Кузя! Слышишь меня? — заметив небольшой динамик на стене, обратился к нему я. — Эвмкутриа, прием? Где все работники станции?
— Нево-зможно соста-вить гра-фик дежурства… плановая уборка территории пере-несена на по-не-дельник… — проскрипело в воздухе. — Персонал стан-ции на стационарном лече-нии. Обратитесь в медблок для по-лучения дополни-тельных данных… Внимание! Стерильность медблока нарушена, реко-мендуется плано-вая убо-рка…
— А ты у нас, однако, чистюля, — хмыкнул я. Вернулся в коридор и направился в жилой блок, прислушиваясь к каждому звуку и шороху.
Уголек что-то предупреждающе просвистел над ухом, а на экране появилась закладка с описанием ТТХ домовенка и подсказками, как синхронизировать его в общую систему. И с кучей пометок «Внимание»!
— Думаешь, маньяк? И это он их всех? — спросил я тихонько. — За то, что посуду не мыли?
Дрон фыркнул и улетел в сторону жилого модуля.
Я вошел в большую общую гостиную с потрепанной мебелью темно-бордового цвета. Два дивана, четыре кресла, маленький бильярдный стол и несколько медицинских каталок, по типу «выставленных в коридор». Обшивка кресел была порвана или процарапана чем-то большим и острым. Возле каталок стояли стойки с капельницами. Все трубки порваны, жидкость в бутылках замерзла. Я обошел разбитую плазму, косясь на торчащие цветные провода. Особенно меня заинтересовали трещины в стене, в одной из которых застрял большой пожарный топор.
Эх, сомневаюсь, что Кузя смог бы дежурного найти на этот бардак.
Спален было две, каждой по пять двухэтажных кроватей. В глаза мне бросился шкаф с выпотрошенной наружу одеждой. Часть кроватей остались нетронутыми, две были кое-как заправлены. На одной из тумбочек лежал планшет и стоял радиоприемник с торчащей из него антенной. Он был включен, но из динамиков не доносилось ни звука.
Подошел к шкафу и заглянул внутрь. На пыльной полке лежала стопка выцветших фотографий. Мельком пролистал. На всех был изображен один и тот же темноволосый мужчина лет тридцати пяти. Долго на снимках задерживаться не стал. Рассмотрю попозже. Большая фотка висела в рамке на стене. На ней — группа молодых ученых. Десять человек. Все в белых халатах среди лабораторной техники, на плече у одного — ярко-оранжевый блестящий Кузя. А на заднем фоне — залитые солнцем горы.