Лиза
В сотый раз смотрю на часы. Девять вечера. Девять!
Пустая группа. Игрушки уже расставлены по полкам, конструктор убран в ящик, на ковре нет ни единой бумажки. Все дети давно разошлись по домам, и только одну девочку до сих пор не забрали.
Варя сидит на низком стульчике, ковыряет глаз у пластмассового пупсика и выглядит такой крошечной, такой потерянной, что у меня сердце сжимается.
Белокурые кудряшки выбились из косички, косичка криво болтается, и от этого она еще больше похожа на заблудившегося ангела.
Почему ее до сих пор не забрали?
Я хватаю телефон и набираю номер отца девочки.
— Ну же, давайте, возьмите трубку, — бормочу я, слушая монотонные гудки, а потом звонок обрывается.
Не берет. Маме девочки вообще бесполезно звонить, она недоступна.
Как так можно? Как можно оставить ребенка вот так?
Варя поднимает на меня грустные голубые глаза.
— Папа не плисёл?
— Еще не пришел, Варенька, — улыбаюсь я, как могу, хотя внутри все сжимается. — Задержался на работе.
Но я-то понимаю: задержка задержкой, а ребенок сидит один. Маленький, усталый и голодный.
— Он целовеков спасает, — устало тянет малышка и трет глазик.
И в этот момент в группу заглядывает охранница.
— Лиза, а ты чего еще тут? — тетя Валя подозрительно прищуривается. — Я вот решила проверить все ли сдали ключи на вахте, а твоего нет.
— У меня ребенка не забрали, — выдыхаю я, кивая на Варю.
По инструкции я должна сдать ее в комнату полиции и иди домой. Вот так просто и легко. Только вот смотрю я на Варю, на ее тонкие плечики, на пальчики, сжимающие пупсика, и понимаю: не могу.
Сдать ее? Как вещь? Пусть сидит в чужом кабинете, пока отец соизволит появиться?
Нет. У меня рука не поднимется.
Я нервно кусаю губу. Внутри две Лизы спорят между собой.
Одна говорит: «Так положено. Ты ничего не нарушаешь».
Другая кричит: «Ты сама-то хотела бы оказаться в чужом кабинете, оставленная родителями?».
Охранница внимательно осматривает Варю, девочка опустила глаза и крутит в руках куклу.
— Так забери ее тогда к себе, — спокойно отвечает тетя Валя.
— Так нельзя! — возмущенно произношу я, удивленно глядя на женщину.
— Это же Юшкова?
— Да.
— Лена ее всегда по-тихому забирала, — заговорщицки говорит тетя Валя, как будто нас могут подслушать. — Отец у малышки в МЧС работает, часто задерживается. О матери давно ничего не слышно. Вот Лена и брала девчушку к себе домой. Какие у них там договоренности, я уж не знаю.
Лена – тоже воспитательница в нашем детском саду. Вот только сейчас она кайфует в отпуске, а ее группа благополучно перешла ко мне на время. И вот прям в понедельник мне прилетел такой сюрприз.