— Мне тоже не понравилось, как проповедник на меня пялился. Мне кажется, он что-то задумал. Поэтому так легко и согласился на обмен.
Она умная девочка, я много раз уже об этом говорил. И еще есть поговорка «Бабу не обманешь». Имеется у женщин некое чутье, которое определяет скрытую подлость, — разве что в сфере личных отношений у них не всегда оно включается.
— Автомат держи под руками, патрон загони в патронник, понятно? — сказал я, проделывая такую же манипуляцию со своей М-4. — Большой палец постоянно у предохранителя. Постоянно.
Она кивнула, передвигая оружие. Обмен, обмен… как знать, как знать, может, что и выгорит. Рано пока суетиться, рано. Но все-таки…
— И еще, запомни: если я произнесу вслух фразу «Ну как скажешь!» — значит, будем стрелять, прямо сейчас, поняла?
— Поняла, — решительно кивнула она.
Это хорошо, что так решительно. Умная девочка, говорю же: понимает, что ее ждет, если мы поступим неправильно.
— Запомнила фразу?
— Да. «Ну как скажешь!»
— Умница. И не бойся, нам уже поздно бояться, мы уже все видели в этой жизни, хорошо?
— Хорошо.
Как бы только научиться самому не бояться, но вот пока не получается никак.
На завтрак нас позвал Маркус, заприметив шляющимися по летному полю без дела. У него я и спросил:
— Наш самолет кто распорядился отогнать? И топливо слили.
— Это я дал распоряжение, не беспокойся, — сказал он, выкладывая нам на тарелки половинки большого омлета с полосками бекона.
— А почему?
— Ну… — немного растерялся он, — вы же договорились на «Карго-Мастер», так? Мне от Преподобного сообщили.
— Да, но я из-за сумок удивился, — выдал я подготовленную версию. — Они же внутри остались.
— Это потому, что вас предупредить забыли и решили не брать, чтобы вы плохого не подумали. Сейчас прогуляемся и заберем… Или в машину с собой возьмите — вас же наверняка повезут.
— Так и сделаем, — кивнул я.
Немного успокоился, но мысль о том, что нам готовят подлянку, никуда не ушла. Просто не Маркус готовит — он душа простая и честная, — а само лицо духовного звания, Преподобный Смит.
После завтрака мы пошли к самолетам. Неторопливо, наслаждаясь теплом и свежим воздухом. Маркус рассказывал о том, как огораживали безопасные территории, попутно отстреливая зомби. Я слушал его вполуха, равно как и Дрика, насколько я успел заметить. Она даже перчатки натянула сейчас, хотя раньше надевала их только тогда, когда в любой момент можно было ждать нападения. Значит, всерьез беспокоится.
Вытащили сумки из «сессны», с которой, судя по всему, расстаться нам предстояло при любых обстоятельствах, сложили их на бетоне. Глянул на часы — сейчас подъедут, если все правда.