Меня что-то ударило в спину, но безвредно промчалось мимо порывом ветра, который только и сумел, что дернуть наши халаты и взметнуть вокруг нас пыль.
Тяжело дыша, я обернулся. Ни одного Призрака. Встретился взглядом с единственным оставшимся Призраком — моим. Тот медленно кивнул мне и показал жест, который я уже один раз видел.
Я кивнул в ответ и хрипло попросил Седого:
— Подай мне мой Флаг.
Уже сжимая пальцы на его древке, я повернул голову к Рутгошу, который всё это время стоял рядом со мной и сказал ему:
— Это мой союзник! — закашлялся. — Кха-кха, — справившись с этим, снова нажал голосом, впечатывая доводы. — Это наш союзник, без которого мы сегодня проиграли бы. Ты можешь возразить этому?
Рутгош катнул желваки по скулам и признал:
— Нет.
Я кивнул:
— Хорошо. Тогда я скажу так: как любой союзник он заслуживает награды.
С этими словами я вбил свой Флаг между обломками сектантского, постоял немного, держась за него, а затем отпустил и шагнул прочь, в сторону, к ближайшему приличного размера обломку стены, на который и уселся. И не сказать, что я уже стар для подобных сражений, но вот что ещё не совсем здоров для них — так будет верней.
Судя по тому, что кое-кто и вовсе рухнул на спину там же, где и стоял, не я один так считал, половина народу и вовсе отпаивалась зельями и скрипела зубами.
Я на всякий случай покосился на небо, но шар бедствия исчез, и я спокойно выдохнул, прикрывая глаза и проверяя меридианы, через которые прогнал целую реку силы, вливая в кисет. Неприятно, насмарку пошла вся последняя неделя лечения, но вполне терпимо, я боялся, что будет хуже, но всё равно предпочёл не рисковать правой рукой.
Наверное, мы просидели там с половину малой палочки, приходя в себя после битвы. Сидели, молчали, слушая едва уловимый треск превращающегося в труху Флага Миллиона Убийств. Под конец Седому надоело молчать, он толкнул мысль, которую я отлично услышал:
— Снова прошлись по краю.
Ответом ему сначала стала тишина, я даже подумал было, что он говорил так со мной, опустив привычное именование младший глава или магистр, но нет, послышался ответ Рутгоша:
— У большой добычи не может быть слабой защиты.
— Утешитель.
Рутгош, не обращая внимания на желчь в словах Седого, спросил:
— Отдышался? Двинули заканчивать?
Седой вместо ответа поднялся и уже вслух взбодрил всех:
— Встаём, собратья, встаём!
Я хотел было напомнить им, что по плану мы должны на площади ждать утра, но вместо этого молча поднялся, шагнул вперёд, встав плечом к плечу с Призраком. Оценил сначала трофей у наших с ним ног, затем его самого. Первый уже почернел, выгорел и рассыпался прахом. Второй же прилично изменился. Давным-давно у него появился кусок брони на правом плече, затем долгие годы ничего не менялось, кроме плотности его тела, но уже здесь, в Пятом поясе у него появился и второй наплечник, пустой пояс с ячейками под фиалы и пустая же перевязь под ножи на груди. Сейчас же эта перевязь оказалась заполнена метательными ножами. Ещё один привет из прошлого или это что-то сектантское, что-то вроде Летающих Убийц, которых он добавил себе, прибавив в силе?