— Призрак, в сторону! Рутгош, стоять!
Но он, кажется, и не думал нападать на моего. Зыркнул на меня каким-то неописуемым взглядом и бросился дальше, на помощь остальным.
Я же заколебался. Что делать мне и Призраку? Помочь убить ещё троих и сделать моего сильней или торопиться и начать поиски чужого Флага, пока тот не пробудил главную его душу?
Разум всё же одержал верх в моих сомнениях, и я толкнул мысль Призраку:
— Ищи Флаг Миллиона Убийств!
Тот, не выворачиваясь в этот раз, просто и незамысловато крутнулся на месте, встретился со мной взглядом и кивнул, чтобы через миг как-то странно склониться к земле. Со стороны это выглядело так, словно сгорбленный старик, который вдобавок едва видит, ищет что-то затерявшееся в битом камне под ногами.
Спохватившись, я добавил, надеясь, что он меня поймёт:
— Осторожней, вокруг мой Указ Смерти.
Не надеясь только на предупреждение, я ещё и отодвинул Указ настолько далеко, насколько мне хватило сил. Призрак принялся описывать круги, забирая всё сильней и сильней в сторону, я мазнул взглядом по битве с оставшимися старшими Призраками, убедился, что там я не нужен и двинулся в другую сторону. К Флагу. Своему.
Прошло буквально тридцать вдохов и внутри Указа не осталось других Призраков. Пока парни зализывали раны, заливали их зельями и косились на меня с Флагом в руке, Рутгош, совершенно не скрываясь, обжигал меня недовольным, злым взглядом. Но мне, честно говоря, было плевать на это недовольство: время шло, в две фигуры, ясно различимые за пределами моего Указа, Призраки продолжали вливать свои силы, а вот у моего Призрака пока даже не намечалось никаких успехов.
Что я там говорил про то, что умею ждать? Только не тогда, когда время буквально просыпается между пальцев последними песчинками. Вслух, ни от кого не скрываясь, я заметил:
— Поторопись, иначе твоя сектантская копия нас всех уничтожит.
Призрак на миг вскинул на меня сначала взгляд, затем руку в каком-то яростном жесте. С некоторой оторопью для себя я перевёл его как: «Слушай, стараюсь как могу!». Рутгош за моей спиной севшим, потрясённым голосом спросил:
— Вы это видели?
Седой в ответ толкнул ему мысль:
— Я же просил тебя не спешить и не горячиться, не всё так просто.
Я хотел тоже кое-что сказать Седому, насчёт того, что он сам не спешил решать эту проблему, но в этот миг мне на плечи рухнула нестерпимая тяжесть, которую я не сумел удержать: меня в прямом смысле вбило в мусор под ногами, заставив склонить колено и согнуть спину.
Сил не осталось даже на то, чтобы выдохнуть предупреждение, впрочем, оно и не было нужным, все всё поняли в тот же миг.